— Да, чего мне стоит?

— Ты самая лучшая подруга из всех лучших подруг.

— Знаю.

Найдя бутылочку с пудровым цветом, возвращаюсь к дивану и кладу ноги Лизи к себе на колени. Знаю, она сделает для меня то же самое, стоит только попросить. И мне не сложно, такие глупости сближают.

— Как думаешь, сколько он ещё продержится? — заразно улыбается Лизи, когда я поднимаю на неё глаза.

— Сколько потребуется, Джаред крепкий орешек, и особенно тогда, когда дело касается тебя.

— Вчера я захотела его в три часа ночи.

— Джареда?

— Нет, ананас.

— И?

— Он съездил и купил.

— Ты была счастлива?

— Я уже уснула, когда он вернулся, — хихикает Лизи, а я издаю смешок, — и он просто лёг спать, а утром его почистил, пока я ещё спала, понимаешь? Что с ним не так? Тебе не кажется, что я давно должна получить нокаут?

— Нет, у тебя просто гормоны.

— Я бы не хотела быть на его месте, — выдыхает подруга, когда дверь открывается.

На пороге появляется Джаред. Держа ананас за верхушку, он поднимает его в воздух, словно знамя победы и довольно улыбается.

— Купил.

Глаза Лизи становятся размером с цент, а рот открывается.

— Я люблю тебя, — выдаёт она на одном дыхании.

Пройдясь до нас, он целует её макушку и взъерошивает мои волосы на голове, из-за чего они начинают магнититься и подниматься вверх, после чего направляется к кухне.

— Знаю.

Через пять минут на спинке дивана образуется тарелка с кусочками ананаса, а я, щуру глаза, смотря на Джареда, который падает за Лизи, обнимает её талию и начинает листать каналы. Он что, Санта? В это время подруга буквально с сердечками в глазах и стонами, кладёт кусочек за кусочком в рот. У неё точно фетиш по этому фрукту.

— Такими темпами у нас родится парочка ананасов, — улыбается Джаред, положив ладонь на живот с так называемыми комочками.

— Будет вкусно, — пожимает она плечами и ответно улыбается, накрыв его ладонь своей.

Картер и милости, я схожу с ума.

Упав на спинку дивана, мы смотрим друг на друга и хохочем, вспоминая школьные и университетские дни. Мне слишком не хватало такого беззаботного времени с Лизи. Сейчас я понимаю, что отказалась из-за расставания с Томом от многого. Оно того не стоило, даже при нашем разрыве. Нам придётся уживаться на одном квадрате, потому что Джаред — его брат, а Лизи — моя лучшая подруга. И то, что они вдруг ни с того ни с сего начали так близко контактировать — что-то сверхнепонятное для меня. Их сложно назвать лучшими друзьями, но, вероятно, Том нашёл друга именно в брате, в то время как я обзавелась новыми.

Щелчок дверной ручки и мы замолкаем. При тусклом свете, который падает из окна, Джаред проходит на кухню, бросает ключи на столешницу, открывает холодильник и начинает пить молоко. После чего, он закрывает дверцу и издаёт резкий писк как девочка, из-за чего мы обе буквально выплевываем смех.

— Твою мать, какого хрена!? — ворчит он, прижимая ладонь к сердцу, — что за птичий помёт у вас на лице?

— Это маска, придурок, — хохочу я, потому что Лизи и слова выдавить не может из-за смеха.

— Какого хрена вы тогда молчите!?

— А что нам говорить? Петарды пускать из-за твоего возвращения?

— Смойте это дерьмо, — бурчит он, — нихрена не смешно, Картер, ты могла остаться вдовой.

— Ты хотя бы под ноги смотри, в дверях чемоданы, — хихикает Лизи.

— И что? Вы могли отрубиться по комнатам. Нахрена это делать в пять утра? Я чуть не откинулся.

Джаред морщится, когда Лизи весело скачет к нему и повисает на шее, начав её целовать и попутно марать глиной.

— Мерзость, — гундит он, но улыбается, позволяя ей целовать себя.

— Знаешь, я никогда не думала, что буду это делать, — выдыхаю я, поднимаясь с дивана.

Джаред вскидывает брови, а Лизи, понимая меня, крепче сжимает его шею и хитро улыбается. Быстро миновав расстояние, я повисаю на его шее и трусь о футболку и вторую щёку, потому что первую уже измазала Лизи.

— Фу, — бурчит он и вырывается, но мы обоюдно виснем на нём и, смеясь, продолжаем мазать глиной, — что за дерьмо!?

— Я люблю тебя, — хихикает Лизи.

— Извини, я женат.

— Я знаю, — пищит Лизи, когда он начинает щекотать её и меня.

— Тогда верни мне мою жену, — морщится Джаред и ему удаётся выскользнуть из нашего кольца, — мне надо помыться и отъехать.

— Куда? К жене? — улыбается Лизи.

— Почти, — смеётся Джаред и сам притягивает её к себе.

Лизи переводит взгляд на меня, и вновь посылает хитрую улыбку, на что я делаю несколько шагов к журнальному столику, словно не планирую ничего дальше. Моя соучастница отвлекает мужа, а я беру оставшуюся в упаковке глину и возвращаюсь назад. Лизи поднимется на носочки и целует Джареда в губы. Пока наша жертва ничего не подозревает, она отводит назад руку, и я вкладываю в неё часть глины. После чего, мы с визгом: «Атака», мажем Джареда и хохочем, как безумные.