— Чего?! — у кошака начала подниматься дыбом шерсть. — Это чем мы там заниматься будем?

— Это означает: жрать, бока отлеживать и баб трахать. Если кому первые два пункта не понравятся.

— Бабы? — кот стал походить на всклокоченный ершик для мытья посуды. — Вот все зло от баб, как и знал. Понесло меня вслед за любимым руководством за молодыми кошечками, так и тут не уймешься. Мало тебе приключений на жопу, да?

Школота усмехнулся, сгребая грязную посуду в кучу:

— А я что? Я — ничего. У меня семья, мне местные заразные проститутки нахер не сдались. О тебе забочусь, чтобы ты секс-тур провел с максимальной самоотдачей. Ну и если что на болт намотаешь, дома вылечим. Либо по дороге само отвалится. Вместе с хером…

После чего граф позвал служанку, сдал ей поднос с объедками и завалился спать. Картер же полночи ворочался, с ужасом прислушиваясь к внутренним процессам в любимом организме: не отвалился ли любимый детородный орган?

***

В Дарры Ева прибыла на летающей барже. Добротно сколоченная лоханка приволокла кучу разнообразных грузов на продажу, эльфийка же просидела всю дорогу в кабине, мрачно разглядывая парочку пилотов, которые в присутствии большого начальства почти не зубоскалили и лишь старательно выполняли привычные манипуляции: отслеживали курс, замеряли мощность магических потоков и скользили от одной точки силы к другой, по ломаной линии добираясь до прибрежного города.

Гостью встречал господин Смиз с десятком мордоворотов. Может, хотел показать товар лицом и похвастать, насколько хорошо идут дела у сколковского компаньона. Или просто осознавал, что с ним сделает отбывший по неизвестным делам Школота, если со старшей супругой на побережье случится какая-нибудь неприятность. И пусть в Дарры давно уже спокойствие и порядок, но лучше подстраховаться.

Ева расцеловалась со Смизом, перебралась в карету и через полчаса уже отдыхала в “Трех семерках”. Новомодный клуб несколько месяцев как гремел по всей округе, собирая аншлаги каждый вечер. Смиз даже прикупил стоящие на задворках здания, фактически прибрав к рукам весь квартал. После чего сделал в новых помещениях комфортабельный жилой дом для работников варьете, склады, мастерскую для подготовки реквизита и еще кучу разного и полезного. Ну и в глубине были запрятаны под охраной три номера-люкс, в которых могли отдыхать хозяева прибыльного предприятия при личных визитах в гости. Сам совладелец заведения обустроился в небольшом флигеле, который стоял во внутреннем крохотном садике. Тут же хранился архив, работал бухгалтер и трудился начальник охраны, отвечавший за решение любых потенциальных и выявленных проблем.

Время было перед обедом, поэтому в дверь деликатно постучались и после “войдите” в номер заглянула Лили. Бывшая прима теперь прекратила выступления, взяв в крепкие миниатюрные ручки управление всем театральным хозяйством. Как шептались по углам злопыхатели, новой любовнице призрак барона Мюнхгаузена уже сделал официальное предложение и теперь лишь ждали новогодних праздников, чтобы с помпой устроить свадьбу. Оказалось, что после стремительного взлета в местные вершины бомонда, у Лили оказалась целая куча старых знакомых, кто сменил гнев на милость и просто жаждал поздравить молодых. Поэтому вместо небольших камерных посиделок решили устроить роскошное шоу, в подготовку которого барон был готов вколотить огромные средства. Как хищно усмехался Мюнхгаузен, нужно было показать местным нищебродам, какую жемчужину они не разглядели в свое время.

Но это вопросы будущего, а сейчас миловидная женщина в скромном парчовом платье выполнила книксен и сказала:

— Госпожа, прошу вас разделить с нами обед. Все уже готово и мы можем пройти в малый зал.

— Спасибо, Лили. Ты очень добра. Правда, с дороги я вряд ли смогу достойно поддержать застольную беседу.

— Что вы, мы все понимаем! И будут только свои, поэтому нет необходимости придерживаться какого-либо этикета. Прошу вас…

Пока обе дамы шли по коридору, Ева получила дополнительную информацию:

— Господин Тагион только что прислал весточку, что встреча состоится сегодня в десять часов вечера у него дома. Еще раз повторил, что гарантирует безопасность и пришлет за вами экипаж. Мы готовы прикрыть вас по дороге туда и обратно, полсотни парней уже ждут. Скажите, сколько именно человек возьмете с собой на встречу.

— Ни одного. Маг дал нам слово. Его слово стоит дорого.

— При всем моем уважении, госпожа, это слишком опасно. Во время конфликта маги так и не смогли что-либо противопоставить эльфийской заразе. Если случится что-то подобное, ни Тагион, ни местная гильдия вас не прикроют. Наши же бойцы все оснащены амулетами от внешних воздействий, отлично подготовлены и обучены войне в городской застройке.

— Я ценю твою заботу, Лили. Но это дипломатические переговоры. И если я приволоку туда вооруженных до зубов головорезов, то это расценят как неуважение и публичное оскорбление. Поэтому вряд ли я смогу достичь поставленных целей. Поэтому еще раз: своих бойцов оставите дома, никакой усиленной охраны. Максимум, можете мне пару скрытых амулетов дать, чтобы защитить от стрелы или кинжала. В остальном я справлюсь сама.

Хозяйка дома нахмурилась, но не стала настаивать. Все же Ева — старшая супруга Школоты, а приказы тому же Смизу отдает именно граф. И если ради политики требуется поступать каким-либо странным образом, то придется лишь выполнять полученные указания. Подстраховаться чуть-чуть, но не более того.

— Как скажете. Мы еще и кулон для связи вам дадим. В случае каких-либо проблем всегда сможете вызвать подмогу…

***

Господин Тагион представлял собой классического мага, как мы обычно его в книжках с картинками видим. Высок, надменен, кустистые седые брови и белая борода до пояса. Шлялся по городу исключительно в балахоне, расшитом заумными магическими знаками и колпаке со звездами. Любил сцепиться с кем-нибудь из конкурентов и всячески хаять мерзавцев, заполонивших рынок эксклюзивных услуг. Был в меру туповат, хамоват и при этом чуть не лопался от раздутого самомнения. Но, надо отдать должное маме и папе, они вовремя подсуетились и вложились в отпрыска. Поэтому троечник все же смог худо-бедно закончить академию, после чего начал штамповать разнообразные амулеты и подзаряжать магические накопители. Поэтому родители Тагиона прожили старость с гарантированным куском хлеба и жирным слоем масла поверх. Но мозгов отпрыску прикупить так и не сумели, из-за чего старик периодически влипал в те или иные неприятности. Спасала лишь принадлежность к привилегированному классу и общая кастовая взаимовыручка. Потому что таких же туповатых и хамоватых среди местных магов было куда больше половины, а если дать властям или горожанам сожрать хотя бы одного, так и другим может прилететь. Поэтому за своих бородатые старцы дрались отчаянно, не гнушаясь использовать любые подлые приемчики. Поэтому и официальные службы, и различные бандитские организации предпочитали лишний раз не трогать магическое дерьмо. Слишком уж вонючее оно было.