Эмма побледнела. Но в то же время, видно было — ей приятно, что отец Лексена включил и ее.

— Могу я уже увидеть сына? — глаза Эмбры снова наполнились слезами. — Очень хочу проститься с ним.

Ох, кажется, нас ожидает та еще эмоциональная встреча. И я подумала…

— Если нужно, могу остаться, — тихо сказала я. — Сердце разрывается. Очень сочувствую вашей боли. Но лично Марсила я не знаю, поэтому, может, мне стоит…

Договорить я не успела. Эмбра с Роландом вдруг подошли и обняли меня. Крепко. Так обнимают родители. Захотелось рыдать от счастья.

— Ты — семья, — глубоким голосом произнес Роланд, — Лексен рассказал обо всем, что случилось. И я ни на секунду не сомневаюсь в том, что вы восьмеро… вы — наша семья.

— Мы хотим, чтобы и ты была там, — добавила Эмбра, когда они отпустили меня.

Так много эмоций, что аж горло сдавило. Смогла лишь кивнуть.

Дэниел подошел к обрыву и вытянул вперед руки. Сначала из его ладоней вырвался узкий луч света. Он устремился вниз по огромным ступеням.

Луч стал шире и коснулся самого последнего уровня каскадов. Дэниел убрал руки, но светящаяся дорога так и осталась.

— Время искупления, — сказал он, сел на луч и оттолкнулся.

— Скатиться по огромной радуге… ну ладно, — пробормотала я.

Я дождалась своей очереди и опустилась на луч. Удивительно, какой теплый. И очень надежный. Я оттолкнулась, Ксандер следом за мной. И это оказались не какие-нибудь американские горки, когда летишь вниз и думаешь, вот-вот умрешь, а спокойное скольжение вниз. Я так увлеклась разглядыванием разных пейзажей: уровни деревьев, огня, монстров и воды, что даже не заметила, что луч кончился. Хорошо, что Дэниел вовремя поймал меня.

— Спасибо! — сказала я, когда он поставил меня на ноги.

— Да без проблем. Знал, что вы засмотритесь!

Но уж точно не Ксандер. Он ловко соскочил с луча, будто всю жизнь только и делал, что катался на нем. Одни из нас были мрачны, другие наоборот, ждали чуда. Дэниел повел нас по удивительной, сказочной местности: ручейки, покрытые зеленью холмы. Даже температура воздуха тут идеальна — достаточно тепло, но и не слишком жарко.

— Души обитают здесь? — оглядываясь по сторонам, поинтересовалась я. Странно, никого.

— Да, — тихо ответил Лексен, — но для нас они обычно невидимы. Ведь у каждого свой рай.

Дэниел скрылся за деревьями. Вернулся он не один.

Эмбра вскрикнула, прикрыла рот рукой и побежала. За ней устремились Лексен, Роланд, Стар и Джеро. Мы же, чтобы не мешать, медленно пошли вперед.

Марсил выглядел так же, как и братья: темные волосы, крепкое телосложение. Немного ниже, не такой красивый, как Лексен, но явно Даркен. Он крепко обнял Эмбру, тело которой сотрясали рыдания.

— Я люблю тебя, мама, — сказал он.

— Сколько у них времени? — спросила Дэниела Калли.

— Постараюсь дать им столько, сколько нужно, — хрипло ответил Дэниел, — но слишком долго удерживать Марсила здесь я не смогу. Иначе рискую растерять энергию и подвергнуть дом опасности.

По очереди Даркены обняли Марсила. Было много слез, но это были уже слезы счастья, а не печали.

— Ты выбрал искупление, — сказала Стар, — ты меня удивил.

Он ухмыльнулся:

— Помнишь Дженну? Мы росли вместе. Она была моей лучшей подругой. С тех пор, как она погибла в той пещере, я чувствовал, что с ней умерла и часть меня.

— Кажется, несчастный случай, — вспомнил Роланд.

Марсил кивнул:

— Да. Мое сердце всегда было с ней. Я и выбрал искупление в надежде разыскать ее. Ну и, конечно хотелось однажды повстречать и всех вас.

Эмбра всхлипнула и провела рукой по волосам сына.

— Ну так что, нашел? — спросила Стар.

— Нашел, — радостно ответил он, — знайте — я счастлив. Надеюсь, однажды и вы присоединитесь ко мне. Искупление — идеальное…

Слова его оборвались.

Дэниел рванул к нему и схватил за руку, чтобы Марсил не исчез.

— Дольше удержать тебя не смогу, — сказал Дэниел, — не рассказывай о жизни после. Всему свое время.

Марсил кивнул и по очереди обнял своих родных. Я отошла в сторону. Сердце разрывалось от этих прощальных слов.

— Я люблю тебя, — услышала я голос Эммы, — спасибо за все. Никогда тебя не забуду.

— Тоже тебя люблю, — прошептал Марсил, — приглядывай за братом. Не давай ему распускаться.

Лексен не улыбнулся. Напротив, он крепко сжал зубы. Ему очень больно.

— Пора, — через несколько секунд сказал Дэниел, — простите.