В любом случае, я снова в «Гуччи», этом замечательном месте на нашей грешной земле, где всегда можно послушать лучшую музыку, встретиться с интересными людьми. И первыми, кого я встречаю, оказываются Марк (фу!), который шляется по клубу, как всегда еле передвигая ноги, и Саймон (ням-ням!) с гладко зачесанными назад волосами, болтает с этой сучкой Эстер у бара, тупой коровой, которая почему-то считает, что от нее пахнет розами.

Пожалуйста, не трахайся с ней, не трахайся!

Богом клянусь, я никогда не ревную Саймона к его подружкам, потому что наши пути разошлись, мы не имеем никаких обязанностей друг перед другом, хотя он всегда нравился мне с тех пор, как я уехала из Лейта. За исключением разве что нескольких раз, когда он спал с откровенными шлюхами, которых я очень хорошо знаю, и корова Эстер именно из таких. Я вижу, что Гемиш болтает с Марком, они подсаживаются к каким-то двум девушкам, которых я едва знаю. Думаю, это об одной из них говорили, что она отдалась Колину Дагену, но я могу ошибаться. В любой случае, она долго в этой компании не задержится!

Когда я подхожу к ним, слышу, как Гемиш соловьем заливается:

– Венди, Линси, познакомьтесь с моим хорошим другом, Марком. Очень талантливый басист.

Моя жопа талантливее его: он выгнал Марка из двух грёбаных групп из-за его полнехонькой некомпетентности!

Марк пытается собрать глаза вместе и гнусавит:

– Как твои успехи на музыкальном поприще, Гем?

– Я больше этим не занимаюсь, - качает головой Гемиш с показной скорбью; одна из девушек - коротко стриженая блондинка с хорошим макияжем - удивленно таращится на него, услышав такие новости.- Теперь я пишу стихи. Музыка - это глупое, пошлое и коммерческое искусство. Для духовных банкротов, - объясняет он.

Блонди (Линси, кажется) с сожалением опускает глаза, в то время как Венди-хорошая-специалистка-по-минетам остается бесстрастной. Гемиш видит, что я стою рядом, он встает и целует меня в щеку.

– Привет ... Элисон. Как ты?

– Неплохо, - улыбаюсь я.

Марк полностью отдает предпочтение этим девушкам - обычному хламу, с которым он любит замутить.

– А я вместе со своими друзьями из Лондона занят как раз в этом «коммерческом» искусстве, у нас собственный рок-проект, - начинает врать он, не подмигивая мне.
– Играем-то типа «Einst"urzende Neubauten» и ранних «Meteors», более похоже на их «In heaven», чем на «Wreckin Crew», но в диско-ритме, чувствуется значительное влияние ска, наша вокалистка похожа на Марианну Фейтфул. Поем об озабоченных сексом подростках в пивоварнях-пабах Шотландии и Ньюкасла, где молодежь слушает Лаби Сиффра и Кена Бута на музыкальном автомате и мечтает о работе с высокой зарплатой на заводе «Фольксваген »в Ганновере.

– Звучит круто!
– визжит белокурая Линси, или как там ее.
– А как вы называетесь?

– «Укрепление».

Благодаря Гемишу, который не растерялся и мастерски сменил тему разговора, переключив внимание девушек обратно на свои Бодлеро-Рэмбо-Верленоподобные стихи; однако его тотчас перебила одна из девушек, сказав что-то о «Marquee Moon», альбом группы «Television». Я в это время успела толкнуть локтем Марка, чтобы привлечь к себе его внимание.

– Тише, ты кого укреплять собрался?

Он окидывает меня взглядом с ног до головы. Даже учитывая, что он одурманен наркотиками, он оценивающе смотрит на меня так, как никогда раньше не смотрел:

– Bay, Эли. Роскошно выглядишь.

Комплиментов я от него не ожидала, но это замечает Гемиш и сразу приближается ко мне.

– А ты выглядишь ... как всегда.

Он смеется над моей шуткой и приглашает сесть рядом с ним, пока Гемиш выхваляется перед девушками тем, как они с Марком когда-то играли в клубе «Треугольник», расположенном в Пилтоне.

– Как ты?

– Хорошо. А ты?

– Тоже неплохо. Однако этого точно не скажешь о Кочерыжке, он до сих пор носит повязку на руке.

– Бедный Дэнни!

– Да, пришлось ему вернуться домой. Кстати, видел здесь недавно Келли. Вместе с Дэсом.

– Молодец.

Он говорит тише, склонившись ко мне. Вообще-то Марк выше, чем всегда кажется на первый взгляд.

– Сегодня что-то будет?

– Ты имеешь в виду то, что я думаю?

– Да, думаю, да.

– Нет, я уже звонила Джонни, его нет дома, или он просто не берет трубку.

– У меня та же фигня, - он молчит некоторое время и затем спрашивает: - А как твоя мама?

– Дела плохи, но держится, - коротко отвечаю я, потому что не хочу об это говорить, впрочем спросить о ней было очень мило с его стороны.

– Да ... Жаль слышать это. Э-э-э, если свяжешься с Джонни, Мэтти или еще кем-то, дай знать, - просит он.

– Договорились, - соглашаюсь я.

Гемиш отрывается от Венди и Линси и передает мне тоненькую книжку со стихами.

– Она изменит твою жизнь, - многозначительно говорит он. Марк закатывает глаза.

– Ага ... Хорошо, - отвечаю я, но концентрируюсь только на Саймоне, который все еще общается с той ужасной Эстер в баре.

Линси расспрашивает Гемиша о книге, и тот начинает рассказывать что-то о работах

Чарльза Симика.

– Представляешь, он ни слова на английском не мог произнести!

Я возвращаюсь к Марку:

– У каждого из нас случались моменты, когда мы тоже ни слова по-английски не могли произнести.

Он улыбается мне в ответ, а я киваю в сторону Эстер: