–  А ты как думаешь?
– хлюпала я носом в ответ.

–  Гондон! Убить его мало!
– ругнулся он, а потом шумно вдохнул воздуха, чтобы успокоиться.
– Как можно быть такой гнидой и так поступить с той, что была рядом и которую звал любимой? Сволочь просто.

–  Тебе… - подняла заплаканное лицо на него.
– Ты всё равно хочешь быть со мной после этих фото?

–  Да ты что?
– присел он возле моего стула и сжал мои ладони.
– Это неважно. Да, мне неприятно тоже. Но это разве решает в отношениях? Ты не виновата.

–  Честно?

–  Честно.

Он встал и подошёл к раковине. Налил через фильтр воды и поднёс мне.

–  Пей, успокойся. И пойдём спать. Ночь на дворе.

Заставил меня сделать несколько глотков, умыл в ванной и повёл в комнату. Расстелил постель, помог раздеться и лечь. Затем тоже разделся и лёг рядом. Прижал меня к себе, и убаюканная его теплом и нежными руками, я провалилась в сон.

Вадим

Проснулся среди ночи. Сонно потёр глаза и понял, что разбудила меня Алина. Она бормотала и плакала во сне. Сначала ничего разобрать было нельзя, но с каждым новым словом она переходила на крик, катаясь по матрасу. По щекам опять бежали дорожки слёз.

–  Нет! Не надо, Виталь…. Не надо… Не бей, не бей меня… Не трогай, я не хочу тебя! Не трогай!

Когда она закричала с закрытыми глазами, я больше не вынес. Взял ее за плечи и тряхнул.

–  Алина. Проснись!

Девушка открыла глаза и шумно вдохнула. Сонный взгляд с большим трудом сосредоточился на мне. Хлопала ресницами, и постепенно в карих глазах появлялось осмысленное выражение. Потом в них появился и испуг. Она поняла, что говорила вслух и прикрыла рот ладонью.

А меня драла изнутри дикая злоба. Ноздри раздувались, а кулаки чесались так, что я еле мог держать себя в руках и усидеть на месте.

–  Он тебя бил и пытался изнасиловать? Поэтому ты так внезапно уехала? Говори.

Алина молчала и тихо плакала.

–  Говори мне, Алина, что этот урод сделал?
– тряхнул её за плечи.

–  Ты…ты всё слышал, - еле ответила она сквозь истерику, которая набрала новые обороты после пробуждения.

Да, я услышал достаточно, чтобы стало ясно, почему она так резко уехала. Этот ублюдок её напугал и поиздевался на прощание. Ну что ж, я очень вовремя еду в город, и поговорю с ним об этом. Не на словах.

–  Вадик, - вдруг она схватила прохладными ладошками моё лицо.
– Обещай мне, что ничего ему не сделаешь.

Она даже перестала рыдать, настолько ей было важно это сказать.

–  И какого чёрта ты его защищаешь?
– ревность червём мерзко зашевелилась в сердце.

–  Я не защищаю. Просто он…падлы делает, и поэтому не стоит его трогать. Обещай мне, Вадим. Ты ведь утром уедешь туда.

Чёрта с два я успокоился. Ярость драла меня в куски, я просто не знаю, что сделаю, когда увижу эту рожу в досягаемости. От рожи не останется живого места, и пластические хирурги всего мира ему не помогут после встречи со мной!

–  Я не могу тебе этого обещать, Алина, - сказал твёрдо, уверенно глядя в карие глаза.

–  Вадим, - строго позвала меня она.
– Ты уедешь, а я буду переживать. Я прошу тебя, не трогай его. Пожалуйста, ради меня.

Да, будет переживать моя малышка. Придётся её обмануть. Не спущу ему с рук это никогда и всё равно накажу.

–  Хорошо, - кивнул я. Прости меня, милая, за эту ложь. Но мужик я или кто?
– Я не буду с ним связываться.

–  Не обманываешь?
– с недоверием она посмотрела на меня.

Знает мой характер и не верит. И верно.

–  Не трону. Поговорю с мамой, уволюсь, соберу кота и приеду обратно.

–  Пожалуйста, не наделай ошибок, - прошептала она, прижавшись лбом к моему.

Девочка не поверила мне, конечно же. Но что она может сделать? Только сидеть и ждать моего возвращения.

Алина

Уснуть мы больше так и не смогли. Встречали рассвет за чашкой кофе, в обнимку под одеялом. Как же с ним уютно и хорошо. А главное, просто. Виталий часто одёргивал меня, что я говорю бред или шутки несмешные у меня, а Вадиму я могу сказать любую глупость и он не станет смеяться. Если я чего-то не знаю, то спокойно объяснял или вместе лезли спрашивать у Гугл.

Как я могла отношения с Виталием считать настоящими? Да это же просто китайская подделка, суррогат брака. Я и не знала, что рядом с парнем может быть настолько легко и тепло. В его объятиях как у себя дома. И секс… Не сравнить эмоции ни с кем другим. Я впервые поняла, что такое безумная страсть, когда колени дрожат при виде его, когда теряешь сознание и связь с реальностью от ласк своего мужчины.

В восемь утра Вадим уехал. На душе поселилось стойкое ощущение беспокойства. Что-то я не верю, что он не поедет к Витале… Буду дёргаться теперь, пока не вернётся, и надеяться на его сознательность. Горяч он, разозлился на бывшего муженька, и есть за что.