Шрифт:
Секс повторялся по кругу, в разных позах почти до рассвета. Мы не могли, не хотели остановиться. Мы просто испытывали животное желание и стремились его удовлетворить телами друг друга. Не думали ни о чем, даже почти не говорили, только секс, секс и секс…
Измотанные, уже под утро, на скорую руку приняли душ и улеглись в постель. Прижалась к нему котёнком и тут же уснула, довольная и счастливая в руках своего любимого котяры…
66.
Мы провели вместе несколько дней. Этого казалось бесконечно мало, но выбирать не приходится. Расставаться всегда тяжело, но уже через трое суток я была у себя дома. Едва сообщила Алле, что вернулась, как она тут же нарисовалась на пороге. Снова пригласила её на кухню поболтать за чаем, появилась некая с ней традиция - разговоры в кухне за чашкой чая.
– Ну как он?
– расспрашивала она с любопытством.
– Нормально, - ответила я.
– Похудел немного, постригли его под ноль. А так - всё тот же Вадим. С ребятами, говорит, отношения сложились неплохие, никто его не прессует.
– Если и прессуют, нам он не скажет, - пробурчала себе под нос мама Вадика.
– Я тоже так думаю, - встретилась взглядом с синими глазами. Кажется, мы все же понимаем друг друга гораздо больше, чем может показаться.
– Но Вадим сумеет постоять за себя.
– Это уж точно, - отпила Алла ещё чая.
– Боец он у нас. За это и сидит.
Я опустила глаза. Не люблю об этом говорить. Прекрасно помню, как его мать обвиняла во всём меня, и я не могу сказать, что она не права…
– Извини, это не тебе в огород камень, - сказала она, считав абсолютно верно мою реакцию.
– Я же понимаю, что вы думаете по этому поводу, - подняла глаза на неё.
– И вы правы. Я виновата во многом. Только ничего уже сделать всё равно нельзя. Я не могу обернуть время вспять.
– Алин, - женщина внезапно довольно мягко взяла меня за руку.
– Не кори себя. Знаешь, я… много думала над вашей историей. И ещё…
Она замялась на время, будто размышляя, стоит ли мне говорить или нет.
– Вадим рассказал мне всё, - решилась она всё же договорить начатое.
– Про твою маму, семью, про брак с Виталиком.
Вот как. Сидела и смотрела в свою чашку. Так Алла теперь всё знает. Может, и к лучшему? Чего уж теперь, рассказал так рассказал. Только бы ещё хуже обо мне не стала думать после этих «весёлых историй».
– Не тушуйся, - сжала она мою ладонь сильнее, привлекая внимание.
– Я стала тебя понимать. И Вадима. Ничего тут нет стыдного. Дети не в ответе за родителей. Очень жаль, что тебе пришлось пройти подобное. Всем нужна семья и мама, а у тебя этого не было. Конечно, ты не знаешь, как поступать правильно, ведь даже подсказать некому. Виталик твой первый парень? Ты понимаешь, о чём я.
– Да, - ответила я честно.
Как она догадалась? Я никому не говорила об этом.
– Тогда мне твоё поведение и позиция более чем ясны. Хотя я по-прежнему не одобряю твои метания, но теперь как-то уважаю даже тебя, понимая, почему именно так ты вела себя. Не хотела быть предательницей и хранила верность, сколько получалось. Тем более, первый парень… Это вовсе нелегко - разорвать такие отношения и согласиться сразу же на другие. И посоветовать было некому, ты совсем одна, бедная девочка… Такая красивая и такая одинокая оказалась. Но Вадим настырный, я-то знаю.
Смотрела на неё огромными глазами и не могла поверить в сказанное. Эта женщина так долго была против меня, но именно она читает меня как открытую книгу сейчас и поняла настолько, насколько не понимал никто. Даже Вадик. Некоторые подробности я не говорила даже ему. А тут и говорить ничего не нужно, она сама обо всём догадалась, и верно ведь!
– Алина, - помолчала Алла и снова продолжила.
– Я бы хотела, чтобы ты простила меня, за всё это… Я же не могла знать о том, как ты жила. Но сейчас, когда картинка сложилась, я понимаю, какая ты и как сильно любишь Вадима. Ты будешь хорошей женой, и мамой. И мне бы не хотелось быть чужой для вас. Прости меня за те слова. Вадим тебя принимает - значит, и я принимаю. Только не лишай меня сына и внука.
Она вглядывалась в моё лицо с таким выражением, будто я действительно могла бы из вредности настроить мужа и ребёнка против Аллы. Она боялась того, что Вадик отвернётся от неё и не даст общаться с внуком. Или даже внуками.
– Такого не будет. Я никогда не встану межу вами и вашими детьми. Сын не только мой, он и ваш внук. Я же говорила, что я понимаю ваш негатив в мою сторону, тогда. Вы мать. Наверное, будь я на вашем месте, повела бы себя похожим образом.
– Ты не обижаешься на меня?
– удивлённо спросила Алла.