Шеннон обняла её.

— Я так рада за тебя! Если ты ему нравишься, то и его волку тоже.

— Это замечательно, Эйприл.

Я выбросила в мусорное ведро пачку бумажных полотенец. Я была рада за девочек, но было трудно не ощутить себя сторонним наблюдателем.

Я обернулась и увидела, что они смотрят на меня.

— Что?

Эйприл поджала губы.

— Итак, Эмма, у тебя тоже есть чем поделиться?

— Может быть, что-то о тебе и неком волке, который вёл себя более чем по-дружески в субботу вечером? — предложила Шеннон.

Я покачала головой.

— Он мой друг, вот и всё.

— Друг, который настоял на том, чтобы отвезти тебя домой и остаться здесь на всю ночь, — сказала Эйприл.

Мои уши загорелись.

— Он был очень мил и спал на диване. Этот дом принадлежит моей кузине, и Роланд вырос вместе с ней. Он немного покровительствует из-за Сары.

— Угу, — Шеннон скрестила руки на груди. — А от чего он тебя защищал, когда вы вдвоём танцевали тот медленный танец?

— Это был всего лишь танец, — пробормотала я, стараясь не думать об объятиях Роланда.

Эйприл вскинула бровь.

— Мне кажется, девушка слишком много протестует.

Шеннон кивнула.

— Мне кажется, ты права.

Моё лицо вспыхнуло, и я заняла себя мытьём рук в раковине.

— Это совсем не то, что вы думаете. Мне нравится Роланд, но мы не встречаемся. Даже если бы он был заинтересован в этом, ничего не выйдет.

— Почему нет? — спросила Эйприл.

Я выглянула из окна на залив, сверкающий в лучах вечернего солнца.

— Он оборотень, и когда-нибудь ему придётся взять себе пару-оборотня. Вы сами сказали, что у него по-настоящему нет выбора в этом вопросе. Я не могу сойтись с кем-то, кто в итоге лишь причинит мне боль, даже если он этого не хочет.

Это была только одна из причин, почему я не могла быть с Роландом, но я не могла сказать им, что я была напугана тем, что он узнает, кем я была раньше и что я сделала. От мысли о его глазах, наполненных ненавистью и отвращением, у меня болезненно сводило желудок. Я бы не стала рисковать. Я не могла.

— Мне очень жаль, Эмма. Я не подумала, — тихо сказала Эйприл. — Я не хотела тебя расстраивать.

— Я тоже, — добавила Шеннон.

Я повернулась к ним лицом.

— Я не расстроена, и я знаю, что ничего такого вы не хотели. Кроме того, я же не влюблена в парня. Мы просто один раз потанцевали.

И один раз поцеловались. От этого поцелуя у меня всё ещё перехватило дыхание, когда я думала о нём.

Я подошла к столу, где были собраны все мои ингредиенты, вместе с рецептом Стива.

— Кто хочет помочь мне с моим печеньем, чтобы оно не вышло как хоккейные шайбы?

Эйприл рассмеялась.

— Я помогу.

К тому времени, как её порция печенья была вынута из духовки, я уже приготовила два противня. Втроём мы быстро убрались на кухне, а потом уселись за стол, разговаривая и жуя печенье.

— У вас есть планы на ужин? — спросила я, вставая, чтобы достать печенье из духовки.

Я не хотела, чтобы наш день заканчивался.

Шеннон покачала головой.

— У нас с Питером не было никаких планов. Есть предложение?

— Недалеко отсюда есть китайский ресторанчик, очень хороший. Я подумала, мы могли бы сделать там заказ. Или пиццу, если вы предпочитаете её.

— Я за, — Эйприл саркастически улыбнулась мне. — Как бы мне ни нравилось быть с Полом, я так устала от всех пикников и вечеринок стаи. Было бы неплохо для разнообразия заняться чем-нибудь другим. Что скажешь, Шеннон?

— Китайская еда, уммм, звучит аппетитно. Давай я напишу Питеру, чтобы он не волновался, где я.

— Отлично. У меня есть меню еды на вынос...

Звонок в дверь прервал меня, и я поднялась со стула, гадая, кто бы это мог быть. Я посмотрела в глазок, и громко ахнула. Девочки прибежали ко мне как раз в тот момент, когда я открыла дверь.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я белокурого воина-Мохири.

Крис со смехом протянул руки.

— Эмма, разве так можно приветствовать друга?

— Прости, — я улыбнулась, и моё потрясение схлынуло прочь. — Я так рада видеть тебя. Пожалуйста, входи.

Я отступила назад, пропуская его внутрь, и столкнулась с Шеннон и Эйприл, которые стояли позади меня, глазея на Криса. Не то чтобы я винила их. Как и большинство мужчин Мохири, Крис был высок, хорошо сложен и великолепен. Кроме того, у него были самые зелёные глаза, какие я когда-либо видела, а когда он улыбался, как сейчас, на щеках появлялись ямочки, от которых женщины падали в обморок.