Маги земли, отличались по ауре своим спокойствием, радостью и доброжелательностью. Они как будто всегда были всем довольны. Их мало что могло довести до бешенства или хотя бы небольшой злости. Всегда старались помогать друг другу, да и другим стихийникам… В одежде отличались сдержанностью.

А маги ветра… вот тут мне почему-то было сложно… наверное из-за того, что я до сих пор не могла понять своей силы… и в группе ребята подобрались неординарные… Мне казалось, что мы все разные. И по манерам и по настроениям…

Ко мне подсела Сесиллия. Немного смущаясь, она произнесла: — Скарлетт, можно задать тебе вопрос?

— Конечно, Сессилия. — Я повернулась к ней.

— Ну ты же не глупая и поняла, что мы с Ахроном…она замялась.

— Сессилия, я поняла, — перебила я ее чтобы не смущать еще больше.

— Нет! Ты не подумай! До этого не дошло, мы просто… целовались…

— Я ничего и не подумала. Да и вообще это ваше личное дело. В любом случае, я не вижу ничего такого в том, что люди симпатичны друг другу и проводят время вместе.

— Но ты же тоже… хотела бы с ним встречаться.

От подобного заявления я закашлялась. А когда приступ прошел произнесла:

— Сессилия, если ты переживаешь, что я буду отбивать у тебя Ахрона и всталять вам палки в колеса, то забудь об этом. Я даже никогда не смотрела на него как на мужчину. Он — друг, не более того. Поэтому перестань переживать.

— Это как же на него разве можно не смотреть как на мужчину? — Сессилия мечтательно закатила глаза, видимо, вспоминая мачо — Ахрона, а я рассмеялась.

— Сессилия, ты- влюбилась! Я знаю это выражение на лице, видела нираз у своей младшей сестрицы.

— Правда? И что же мне с этим делать? Я же никогда… — Я увидела искреннюю растеренность у нее в глазах. — А вдруг я ему не нужна?

— Сессилия, — мне стало ее даже жаль, — если хочешь, я поговорю с Ахроном, мы как раз собирались пойти погулять… и я могу у него все узнать.

— Правда?! Я была бы тебе так благодарна, ты не представляешь! Я совсем растерялась. Учиться не могу! Думаю только о нем… прямо наваждение…

Вот здесь я ее прекрасно понимала. У меня тоже были серые глаза, которые стали моим наваждением, поэтому я всей душой захотела помочь ей.

— Я помогу. Правда. — Сказала я и тут к нам подошел Ахрон.

Пробежав по нам беглым взгядом он спросил: Девочки, доброго вечера. Мы идём гулять вместе?

Сессилия вскочила, как-то смешно заметалась, видимо, не зная как уйти, потом посмотрела на Ахрона и произнесла: — Мне пора. Я на учебу опаздываю, — и умчалась в сторону женского крыла.

— Что это с ней? — задумчиво глядч ей в след спросил Ахрон.

— Влюбилась. — Просто ответила я, а у Ахрона почему-то напряглась спина.

— В смысле?! В кого?! — он сжал челюсти и злобно посмотрел на меня.

— Ну все с вами понятно, — ни чуть не испугавшись его выпада ответила я.

— Что понятно? И в кого влюбилась эта глупая блондинка?! — он опять вперил в меня свой взгляд.

— Пойдем — сказала я, не давая ответа, — расскажу тебе все, когда в город придем, а то так мы никогда не выйдем за черту Академии…

Мы шли с Ахроном по узким улочкам города Плавиль и молчали. Мне было о чём подумать, да и Ахрон после встречи с Сессиль был молчалив и сосредоточен.

Город окружал нас спустившимися на него сумерками, яркими огоньками, подсвеченных улиц и теплым зноем летнего воздуха.

Плавиль находился совсем недавлеко от территории Академии, поэтому мы часто встречали студентов, который тоже зрительно нас узнавали и кивали в знак приветствия.

Недалеко от нас, из какой-то лавки доносились звуки музыкальной домры. И музыка плыла по воздуху мягкими волнами. Вроде атмосфера была полностью спокойная, но вот в душе…

— Скарлетт, что у тебя случилось? Ты же не просто так позвала меня?

– А что, я не могу позвать своего друга просто так погулять?

Ахрон почему-то сильно напрягся, а потом ответил:

— Конечно, можешь. Но все же?

На самом деле мне очень хотелось поделиться с ним и услышать его совет, я просто не знала как начать разговор.

— Ну, в общем, тут такое дело… Вот ты например, когда влюбляешься в девушку, то как себя ведешь? Ты ей доверяешь? Ты ведешь себя сначала так, как будто она тебе враг, а через день — любимая?