Шрифт:
Я выставила вперед руку. — Не подходи! Слышишь, НИКОГДА больше не подходи! Предатели! Смешно вам было играть в дружбу и любовь? Хотя какая там любовь, да ректор? — с горечью произнесла я.
— Скарлетт, — начал Дарен — ты всё не совсем так поняла!
Тут последние силы покинули меня и я просто сорвалась в истерику. Я уже просто кричала.
— Ненавижу Вас! Я всё поняла. Ты заставил его дружить со мной, чтобы узнать, выдуманную тобой же информацию, а сам просто переспал со мной, чтобы потешить самолюбие… Никогда не прощу! — Ректор попытался подойти ко мне снова, но тут за моей спиной распахнул крылья прекрасный золотой дракон, тот которого я видела уже на уроках зельеваренья.
Тогда миссис Фитцпатрик сказала, что это и есть олицитворение моей силы.
Дракон вызвал сильные потоки воздуха и все вокруг закружилось в вихре густого тумана. Я уже не видела никого, ни Ахрона, ни Дарена. Из-за слёз и тумана я полностью ослепла.
Я выбежала из аудитории и помчалась сама не знаю куда. Меня била истерика. Я хотела умереть…
И тут меня перехватили чьи-то сильные руки. Я стала отбиваться пока не услышала над ухом:
— Скарлетт, это я — Линар, я помогу тебе сбежать и укрыться от них, ты ведь этого хочешь?
Я подняла на него своё зареванное лицо и через секунду кивнула, — да именно этого я и хотела. Не видеть их больше никогда.
Линар быстро начертил в воздухе какие-то символы и перед нами появился портал. Не думая ни секунды я вошла в него и провалилась в темноту. А уже через секунду оказалась в незнакомом мне лесу. Рядом был Линар.
Он понимающе смотрел на меня.
— У нас есть время на отдых. Они нас не найдут. Так что приходи в себя и мы поговорим. Мне есть что тебе рассказать…
Глава 24
Дарен ходил из угла в угол. Он никак не мог понять, где он так сильно ошибся? Как он в своей же Академии смог потерять её.
После того, как она вышла к ним с Ахроном, после её горьких слов и золотого дракона, который был абсолютно неожидаем, он потерял ее. Она убежала и он не мог уловить ни одной ниточки по которой мог бы найти её.
Дарен прекрасно помнил какой ласковой и счастливой кошечкой она была с утра. Он помнил, как она сказала, что любит его… а потом он увидел ее в аудитории, когда она услышала то, что не должна была слышать.
Он видел, что ей больно. Он чувствовал её отчаянье… Она стояла перед ними такая хрупкая и такая бледная, что он невольно стал ненавидеть себя за всё, что сделал. Он должен был защищать ее, оберегать, а в итоге дважды предал…
У него и сейчас не было никаких доказательств её непричастности к тому, в чём он её подозревал, кроме слов Ахрона, кроме ее слов…
На другой же чаше было тоже много всего… Во- первых, откуда у нее такая сила? Он в жизни не видел таких драконов. Это была красивая и мощная сила.
Во-вторых как она сумела скрыться от него, не оставляя за собой следов…
И те сны, тот зов… Всё это было странно. Возможно, она просто была великолепной актрисой.
Дарен налил себе стакан с виски и выпил залпом, а потом со злостью разбил его на множество осколков..
Его душа рвалась на части. Он не знал, кому верить… А когда вспоминал вчерашнюю ночь, её глаза, нежную гладкую кожу, то терял голову и готов был стать для неё ручным псом, лишь бы она была рядом… но она ушла и он сам был виноват. А если поверить, что она говориила действительно правду и у неё были чистые помыслы, то он смертельно ее обидел… Оттолкнул…
В дверь постучались. Дарен подошел и распахнул ее. На пороге стояла его секретарь мисс Карен.
— Ректор Стейтон, вам пришло письмо. Мне кажется оно важное. — Карен посмотрела на него своими умными глазами. На самом деле она всё давно видела и всё поняла. Стоило ей увидеть Скарлетт и Дарена вместе, как все сомнения отпали. Эта пара действительно принадлежала друг другу.
— Что там? У сеня сейчас вообще нет времени на всяки глупости.
— Это письмо от отца Скарлетт Свон, — сказала она и протянула запечатанный конверт.
Стейтон схватил его и тут же вскрыл, углублясь в чтение.
Карен тихо прикрыла за собой дверь.
После всего, что он прочел, Дарен почувствовал себя только хуже. Теперь он знал правду. Теперь он знал, что Скарлетт ни в чем не виновата…
Боже, как же он обидел её. Ему срочно надо было найти и объясниться. Рассказать. Вернуть её. Обнять ее. Почувствовать её рядом.
Какой же он дурак! Он будет вымаливать ее прощение хоть до конца жизни, но добьется его. Тем более она сказала, что любит его…