Дварф выдержал паузу, склонив голову вниз, а потом резко замахнулся и постарался в прыжке отвесить мне пощёчину.

— Всё!

Оставив попытки меня разозлить и поработать ненависть на себя, мы отправились к переправе. В ночное время все торговые переходы через врата были запрещены, поэтому возле дирижабля одиноко посапывал лишь дварф обыватель.

В разговоре с ним я понимал только Ульграфа. Он заставлял пилота оставить пост по-хорошему, а после закричал, чтобы тот просто уносил ноги или не миновать ему беды. Испуганный с криками рванул в сторону городских стен.

— Одим, забирайся!

Дварф занялся переключателями. У стен города замельтешили плашки Героев. Их крики заглушил рёв вовремя заработавшего двигателя. Дирижабль прокашлялся чёрной густой дымкой и поднялся в воздух.

— Ну теперь самое время подключиться тебе, маг. Как подберёмся вплотную, бей всем что есть вон по тем двум постройкам. Героев в них быть не должно, любители покурить трубку даже близко к ним не подходят, а вот бочек с порохом предостаточно. Начнём первые и, надеюсь, выиграем время. Только без лишних жертв!

Мы быстро выплывали из темноты на голубоватый свет, что излучали врата. Ульграф достал «Дар небес» и я понял — пора. Скрывать было уже нечего, поэтому я надел ворованные бусы, накинул на себя огненный щит и начал произносить заклинание «метеорит».

Над первой постройкой в воздухе быстро образовывались завихрения из небольших лоскутов грозовых облаков. Когда эта воронка набрала критическую массу, небеса разверзлись. Появился чёрный портал с огненным обрамлением. На последней секунде из него с оглушающим хлопком, прогремел на всю округу и вырвался пылающий метеорит.

Удар был такой мощи, что сотрясло весь остров. Дирижабль, который Ульграф стал поднимать всё выше и выше, качнуло сильным потоком воздуха. Я же использовал «Посох повтора». Обнулив время — теперь зарядов осталось четыре — принялся за вторую постройку. Всё повторилось: воронка, портал, метеорит. Судя по тому, что перед глазами не вспыхнули надписи об опыте, на суше я никого не убил.

Оставляя после себя едва заметный красный след, в воздухе просвистела пуля. Больше десяти Героев на «пегасах» быстро догоняли нас со стороны Нордвида. Те, что были на острове, пришли в себя, рассредоточились и открыли по нам огонь.

Гондола спасала нас от выстрелов, но шрапнель быстро превращала дирижабль в решето. Один из тросов, что удерживал серый шар, оборвался и посудина дала крен. Я в последний момент схватился за вытянутый в мою сторону молот Ульграфа. Он подтянул меня к себе, после чего я вцепился в его штанину и поднялся.

Только я это сделал, как в спину ударила пуля. Ослабленный шрапнелью щит впитал весь урон и исчез. Отряд на летающих баранах приблизился вплотную и открыл огонь.

— Давай, осталось совсем немного. — Ульграф одной рукой поднял над собой недавно «приобретённое» орудие.

Небо над нами заискрилось. Громыхая, несколько молний с разных сторон одновременно ударили в молот наполняя его силой. А после сорвались в ближайшего противника. Цепная молния ударила по всем десяти Героям в воздухе. Первый погиб сразу, пара следующих свалилась в воду. Остальные получили серьёзный урон и немного замедлились.

Винт, который к этому времени потерял одну из лопастей, заскрипел и остановился. Одна из пуль попала в печь. Гондола загорелась. Дирижабль начал падать, продолжая по инерции двигаться вперёд. До перехода в Мир оставалось не больше десяти метров.

Ульграф вновь улыбнулся:

— Без прямого приказа за врата они не сунутся. Держись!

Эффект первого впечатления — это мнение, которое сформировывается в первые минуты первой встречи и влияет на дальнейшую оценку действий человека и его личности. Поэтому важным является само появление, оно должно быть как минимум запоминающимся и эффектным.

Окутанный пламенем, с порванными тросами и застывшем винтом падающий дирижабль погрузился в бурлящую ману.

Как только мы преодолели врата, я стал персоной нон грата в мире дварфов. Превратившись не во всемирную звезду, конечно, но регионального масштаба точно.

Рассвет в центральном мире уже наступил. Город Карза находился в ожидании. Торговцы раскладывали товар на прилавки. Большой рынок, пробуждаясь, начинал гудеть.

Поэтому появившийся из врат дирижабль, что рухнул по эту сторону, приковал удивлённый взгляд каждого. От удара моё тело выкинуло из гондолы. Пролетев метров пятнадцать, оно повстречалось с доской объявлений и упало на каменный пол.