Дело плохо. Однако не настолько, чтобы сдаваться по первой просьбе.

Через минуту слово взял Статий Овидий:

— Раз злоумышленник не желает признаваться, наказание его будет жестоким. Кроме того, на него оденут этот ошейник, — он продемонстрировал тонкую цепь с тёмно-синими вставками. — Камни лазурита зачарованы жрецами богини мщения Фурии, это маленькие, но мощные маячки, по которым вас найдут даже на краю света. А теперь приведите собак!

Мало в жизни чувств, таких же отвратительных, как осознание неизбежности катастрофы. Бежать некуда, оказать сопротивление не смогу, никто за меня не вступится. Остаётся только стоять и смотреть. Стоять и смотреть, скопировав "Безвременье" из панели умений Кхала. Я не позволю Статию Овидию без усилий защёлкнуть маячок на моей шее.

Время десять минут десятого. Да где же этот Шарлатан в конце концов?! Вряд ли он чем-то поможет, скорее усугубит, но хотелось бы видеть хоть одно лицо, которому не всё равно на мою судьбу. А если ключ от ворот уже при нём, мы бы попытались прорваться с боем. Шансы маленькие, но почему бы и нет? По логике ВЦ мне должно везти.

Ланиста вывела из псарни уже знакомых Палача и Мстителя. Монстры одержали победу на вчерашней Арене и, словно понимая это, держались ещё агрессивнее, чем в прошлый раз. Они двинулись с разных концов шеренги, тщательно обнюхивая гладиаторов. Когда очередь дошла до меня, Палач остановился и зарычал.

Словно подговорённый, с неба грянул гром, вслед за которым хлынул ливень.

И тут Мститель надрывно залаял… на Цайлингера. Со стороны Пикачу и его друзей раздались вздохи радости. Признаться, мне самой заметно полегчало.

Два охранника схватили грека под руки и подвели к Ледибой.

— Вот кто крыса, — прорычала она не хуже своих питомцев. Без церемоний обыскала его карманы и вынула ключ от ворот. Это особо важный игровой предмет, поэтому его нельзя убрать в закрытый инвентарь. — Невероятно! Ты не только смутьян, саботирующий сражения, но и вор. Есть что сказать в оправдание?

Краем глаза я заметила вышедшего из коридора Шарлатана. Соизволил-таки явиться, спящая принцесса. Он остановился возле колонны, скрестил руки на груди и с неприкрытым любопытством взирал на представление.

Выдернув локти из лап охранников, Цайлингер гордо вздёрнул подбородок и с пафосом воскликнул:

— Зевс придёт спасти меня, он покарает вас, жалкие рабовладельцы!

Ледибой и её вооружённое окружение расхохотались. Статий Овидий подошёл к греку, демонстративно покачивая ошейником.

— За воровство в моём лудусе ты приговариваешься к…

Договорить ему не дала яркая фиолетовая молния, сошедшая с неба прямо в тренировочный столб в пятнадцати метрах от нас. Деревяшка тут же вспыхнула бодрым пламенем. С интервалом в секунду-две следом за первой молнией посыпались её подружки. Они били без какой-либо логически объяснимой системы, словно приманенные. Ударяли в крышу, скованные решётками окна, в другие столбы, стоящие возле стен кувшины, хозяйственные помещения, просто в песок на площадке и, что самое полезное, в псов и закованных в металлическую броню охранников. Повсеместно занялся пожар.

Неужели, Зевс действительно пришёл за верным последователем своей дочери Афины?

Началась паника. Никто не знал, куда ударит очередная молния; чтобы спастись, люди бегали зигзагами. Гладиаторы, кто мог, набросили на себя щиты. Искать спасение под крышей бесполезно — огонь охватил постройки неправдоподобно быстро.

— К оружию, граждане! — сквозь шум и крики раздался знакомый голос. — Постройтесь в батальоны! Пусть нечистая кровь господ пропитает наши поля![23]

Призыв Шарлатана на удивление подействовал, как задумано. Паника, усиленная нескончаемыми молниями, и стражи Статия Овидия, решившие, что закрывшиеся щитами гладиаторы вознамерились устроить бунт, выпусти на волю дух войны. К небесному светопреставлению добавились вспышки заклятий и лязг оружия. Ледибой с двумя гладиусами в руках первая бросилась в гущу событий.

— Пикачу, вперёд! — скомандовала я, вынимая кинжал. — Прорываемся к воротам!

Наша маленькая группа послушно сомкнула ряды и клином бросилась на преградивших путь охранников. Парни откинули в сторону сомнения и страх. Это единственный шанс сбежать, другого благоприятного момента уже не будет. Кое-кто из незнакомых гладиаторов решил присоединиться к нам. Среди них я заметила Цайлингера. Греку не оставалось другого варианта действий, его ждёт поисковый ошейник, если он срочно не выберется отсюда.

Мы с Шарлатаном занялись призывом потусторонних тварей, чтобы превратить и без того страшную неразбериху в нечто сюрреалистическое.

— Ты почему опоздал, чудик?

— Докуривал сигаретку. Без никотина я местами хреново соображаю, уж не обессудьте, ваше величество.

— Наркоман.

— Я предпочитаю термин "поклонник альтернативных расширителей сознания".

— Прошу, скажи, что кузнец сделал ключ, и он уже у тебя.

— Этот? — Шарлатан продемонстрировал увесистую железяку, помахав ею перед моим лицом. — Дорого встал, зараза, целое состояние! Кузнец не дурак, прекрасно знал, какую дверку им открывают, и если бы Кхал вчера продул хоть один раунд…