– Выплюнь в салфетку. – И он протягивает мне ее. Хотелось, конечно, на принцип пойти и включить железную леди, но… Пошел он, этот принцип, куда подальше.

– Мог бы предупредить, – бурчу на него, залпом выпивая стакан воды. Его воды.

– Зачем? Весело же было.

Он прав. Я бы тоже о таком не предупреждала.

– Ежа хочешь?

– Нет, спасибо. – Угу. Хватило мне еды экзотической. – Фу. Гадость.

– Никогда не пробовала?

– Что ты? Каждый день на завтрак ем. У вас, наверно, несвежие просто. Экономите на клиентах и на черном рынке закупаетесь?

По мне разве не видно, что я любитель котлет и картофельного пюре? Да на лбу написано. Эх, надо было стейк заказывать.

– Тише ты. – Ого, он аж подскочил. – Между прочим, мы здесь не одни. Кто-нибудь услышит, проблемы будут.

Ой, и правда. Я голову повернула, а на меня Матрена с огромными губами смотрит.

– Приятного аппетита, дамочка, – стаканом салютую ей и ухмыляюсь, как она зеленеет на слове «дамочка».

Похоже, я здесь как попугай среди белых лебедей.

– Так куда будущие молодожены свалили? – спросила и отодвинула от себя поднос с морскими чудовищами. – Эй, Карлсон, прекрати взглядом раздевать силиконовую долину и ответь на вопрос.

На меня снова посмотрели как на сумасшедшую. А что такого я сказала? Я тут с ним разговариваю, а он на фифу уставился, подбородок почесывая. Кто так делает?

– Ты поела? – задает он свой вопрос и встает со стула. – Я с тобой посидел?

Киваю головой.

– А теперь извини, у меня дела. Славику передай, что меня отец вызвал, он поймет.

Эй, куда он уходит?

Я тут одна сидеть должна, что ли?

Ну, нет. Я сваливаю.

– Сам передай. – И обгоняю его, дух соперничества, чтоб его.

– Ты куда? Сказал же, чтобы сидела и ждала.

Ой, ой, командир нашелся.

– Я тебе не сторожевая дворняга. И Обашкина твоего ждать не буду. Давай, гудбай. Надеюсь, больше не увидимся.

Так, и чего мы встали друг напротив друга?

Маруська, ты знаешь, где выход, беги к нему, пока не нарвалась на неприятности. Но как бежать, когда неприятности умоляют, чтобы я их здесь подождала?

– А уж как я на это надеюсь. Потому что…

Не суждено мне было узнать, что он там сказать хотел. Впрочем, кажется мне, ничего хорошего я бы не услышала. Потом бы ему ответила, он мне, и так до бесконечности. Но нас отвлекли. Женский голос:

– Фил, я вас везде ищу.

Нет, не подумайте, кричала не девушка с ногами от ушей и волосами, как у Рапунцель. Скорее всего, в нашу сторону шла ее мама или молодая бабушка.

– Слава... Сволочь.

Ой, у меня от его тона волосы на голове зашевелились. Вот надо было бежать, когда возможность мимо летала. Хотя... Я и сейчас могу всем пятки показать.

– Они поэтому свалили.

– Слушай, я тебя не настолько хорошо знаю, чтобы с полуслова понимать. По-нормальному можешь сказать, кто эта женщина и почему она бежит так, словно за ней кто-то гонится?

– Галина Аркадьевна. Мама Славы.

Так вот как выглядит Обашкина. М-да, совсем не такой я ее представляла.
– А-а-а. Приятного вам общения. Обашкины-это твоя забота. Разворачиваюсь, но меня тут же за руку хватают.

– Ты остаешься со мной. С этой женщиной я один не справлюсь. Здесь твой колючий язык пригодится.

Кажется, меня сейчас втянут во что-то плохое.

Глава 6

– А вы что здесь делаете, дорогуша?

Танк с именем Галина Аркадьевна подъехал и направил на меня свое дуло сотого калибра.

Самой бы знать, тетенька. Думаете, мне в радость стоять здесь и слушать, как вы меня дорогушей называете? Не-а. Если сравнивать, то я бы выбрала съесть ведро устриц противных, чем напротив вас стоять.

Понимаете, да, силу моего желания откланяться и домой уйти?

– Вы это мне? – Хоть бы не мне. Хоть бы не мне. Пальцы скрестила и по сторонам огляделась.

Ну, мало ли, вдруг у нее зрение офигенное, и она в конце улицы знакомую заметила и решила спросить, что она там забыла.

Так, я не поняла, а какого черта кучерявого Карлсон все еще держит мою руку? Вцепился в нее как в родную. Будто, если отпустит, его черная дыра вместе с ботинками дорогими засосет и волоска не оставит.

Ой, да я сегодня в ударе.

Не получилось только себя за искрометный юмор похвалить. Пока я в оловянного солдатика превращалась и мысленно награду забирала, тетка продолжала бухтеть:

– Фил, дорогой, объясни мне, зачем ты стоишь рядом с той, которая стала причиной раздора в нашей семье?