Мужчина снова перевел свой колкий, звериный взгляд на Мию, улыбнувшись так, чтобы было видно его клыки:

— Не слишком. Человеческая еда не слишком-то питательная.

— Вы просто не умеете ее правильно готовить. — так же тихо проговорила Мия, не боясь смотреть в эти глаза, даже когда Карат снова рассмеялся, глядя на крошку Мию даже немного удивленно:

— Знаешь, а ты и правда странная. На вид мелкий человечек, а мыслишь и чувствуешь практически как Берсерк.

– ..просто я родилась и выросла в лесу.

— Я знаю. Видел тебя иногда, когда ты была еще мелкой и ходила с двумя косичками за грибами.

Когда Карата расхохотался, запрокидывая голову и неожиданно резко откидываясь назад, отчего столп снега ввился в воздух, осыпая нас серебряными колкими снежинками, я подумала, что Карат в какую-то секунду сошел с ума, увидев вытянувшееся от удивления личико Мии.

Вот только дело было совершенно в другом.

И лишь когда столп снега осел на землю, я с ужасом увидела Звезду, которая ловко запрыгнула практически на мощные плечи Карата, обвив своей тугой толстой косой его шею, и пытаясь придушить, отчего Бер только веселился, в последний момент выворачиваясь и откидывая девушку от себя куда-то в сугроб, хохотнув возбужденно и как-то даже восторженно, когда Звезда успела сгруппироваться в полете, приземлившись на снег, словно кошка — на все четыре конечности.

— Ты только посмотри-ка, — проурчал Карат, больше не обращая внимания на нас и полностью сосредоточившись на Звезде, которая выпрямилась и оскалилась, когда он обходил ее по кругу, рассматривая так навязчиво и горячо, что казалось, что в воздухе скоро заискрится, — моей крови и такая шустрая'…

Карат сделал еще один круг осматривая Звезду, которая каждую секунду была готова к нападению, крепко держа в руке свое любимое оружие по типу длинного копья с острыми наконечниками по обе стороны.

— Отпусти девочек. Они не ровня тебе… — проговорила Звезда сдержанно и холодно, глядя с ненавистью на то, какими горячими и явно неравнодушными взглядами оплетал ее Карат, словно невидимой огненной паутиной.

Казалось, он даже не слышит ее слов, проговорив снова:

— …ты моей крови. Подумать только…

— Твоей крови, но не твоего рода! — буквально выплюнула Звезда, кивнув на нас быстрый взгляд и рыкнув приглушенно и яростно, — Уходите отсюда! Быстро! Дома поговорим о вашем поведении!

— Звезда! — ахнула Мия, закачав головой, на что девушка в буквальном смысле зарычала, замолчав так же неожиданно, и вытянувшись вся по струнке, словно ей вбили кол в позвоночник, лишь не отрывая взгляда от Карата.

— Года идут, а ничего не меняется и все девушки как всегда вокруг тебя!..

У меня ноги подогнулись от звука знакомого низкого рокочущего голоса, который невозможно было спутать ни с кем другим, и на глазах появились слезы от облегчения, когда на нашу полянку выплыла из леса не спеша знакомая огромная фигура с белоснежно-серебрянными волосами, белой аккуратной бородой и колкими мудрыми прозрачными глазами.

Карат даже не обернулся, чуть усмехнувшись и неожиданно снова садясь на снег в то же положение, что и сидел до того, как здесь появилась Звезда, по-прежнему не сводя своего взгляда с нее.

— Я ждал тебя и не ожидал гостей, а вон как все весело получилось.

Отец встал среди поляны. закинув на свое огромное могучее плечо боевой топор, украшенный какими-то замысловатыми узорами и недовольно глядя на нашу женскую троицу, которая теперь скромно жалась друг к другу, потупив глаза в снег:

— Веселее просто не придумаешь. Вы что тут делаете все, сопли не доращенные?…

— А вы? — лишь едва вскинула голову Мия, на что Карат приглушенно хохотнул за спиной Ледяного.

— Я первый спросил! — изогнул свою белую бровь Отец, недовольно цокнув языком.

— мы волновались за вас… — начала было я, сконфуженно замолчав, когда Ледяной прогремел своим раскатистым низким голосом:

— И поэтому не придумали ничего лучше, чем сбежать из дома, обойдя охрану?! С вас спрошу в первую очередь! — ткнул он пальцем в грудь застывшей Звезды, которая не проронила ни слова, глядя только в снег пол ногами, хотя ее черные ресницы подрагивали.

— Ты не говорил мне, что у тебя есть Кадьяки, — проговорил Карат за спиной Отца, снова глядя на напряженную Звезду, чья рука с силой сжала свое копье, отчего мужчина звучно хмыкнул.

— А ты никогда и не спрашивал об этом.

— Не было возможности, — усмехнулся Карат, когда мы сквозь ресницы, косились на двух огромных и, должно быть, самых сильных и опытных Берсерков в этом мире, которые в эту секунду общались так, словно не виделись сотню лет, и между ними не произошло ничего страшного.