Он был словно ледяное голубое пламя, от которого можно было сгореть….или замерзнуть в сосульку.

— Я все-равно не понимаю, — облокотившись о голову Мии подбородком, проговорила приглушенно я, в очередной раз складывая мозаику из услышанного, но еще не понятного моей бедной головой, — в Берах сидят звери и управляют иМи?…

— Нет, в них никто не сидит, — судя по голосу, Мия улыбалась, в очередной раз за последние дни пытаясь втолковать мне их странную природу, не поддающуюся описанию и уж тем более какому-либо научному обоснованию в целом, — как говорил мне Север — они едины. Т.е в них одна душа, одно сердце, один мозг и тело тоже одно, просто оно может быть человеческим, а может быть медвежьим…

— Ага… — протянула я, пытаясь осмыслить и понять теперь еще и это, что получилось пока с трудом, — получается, что все одно и даже тело, только в этом теле изнанка меховая?…

Мия легко засмеялась, закивав своей темной головкой:

— Да, наверное, что-то в этом духе.

— И нет разделения на зверя и человека?

— В идеале не должно быть. Т.е обращаясь в тело медведя это все те же Беры, просто в такие секунды над ними больше обычного берут верх животные инстинкты.

— Но они остаются в сознании и понимают окружающий мир, как будучи людьми?

— Да. Только говорить не могут.

— Агааааа…..

Еще один маленький кубик в этой головоломке встал на свое законное место. Но слишком маленький кубик, в слишком большой головоломке.

Перед глазами почему-то встала сцена с Севером на кухне, произошедшая пару дней назад, как раз в тот злощастный день этого нелепого и совершенно бессмысленного турнира, в котором победителем оказался Лютый… даже если эта хитрая морозная задница сам лично в нем участия не принимал.

Нет, все-таки кубик не мог пролезть в свой пазик….

— Мия. а чего тогда так все испугались, когда Север вспылил на кухне?

Включаем логику, которая работала так усердно и натужно, что последние дни уже просто рыдала и дымилась от перенапряжения.

Выходит, что если Беры остаются в сознании в облике зверей, то чего опасаться?

Они ведь отличают своих от врагов, и не будут устраивать мясорубку в общественном месте? Но до этого момента я еще не видела, чтобы всех этих огромных мужчин в единый краткий миг сдуло из их любимой кухни, с тарелками наперевес.

— Потому что Север из рода кадьяков, и он носитель единой чистой крови.

— Кажется, это что-то ядерное и страшное?… — нахмурилась я, чувствуя, что и Мия перестала улыбаться.

Про то, что у Беров есть несколько видов — я уже четко знала.

На самом деле это было ясно еще до того, как я узнала, кто они такие, и всю эту огромную, горячую и волосатую мужскую массу условно можно было разделить на 4 вида. Просто теперь я видела это не только по внешности, но и понимала, что они разительно отличаются друг от друга даже в простом общении, особенно теперь, когда Берам не нужно было притворяться при мне обычными, но очень большими ЛЮДЬМИ.

Самыми общительными и на первый взгляд безобидными были Беры Бурые во главе с солнечным Янтарем — мужчины с теплой золотистой кожей, карими глазами и каштановой копной волос. Они постоянно улыбались, с радостью общались и вообще я не еще не помнила момента, чтобы кто-то из Бурых был в плохом настроении, начинал драку или повышал голос, если только не хохотал. Они с радостью делились любой информацией, и не пытались конфликтовать не с кем из других родов, относясь ко всем одинаково спокойно и добродушно.

И явно спокойнее всех относились к человеческому роду.

Как рассказала тетушка Зои, именно род Бурых самым первым отказался от затворнической жизни в лесах и правители разрешили на законной основе брать себе в жен человеческих женщин, принимая частью рода рожденных Беров — полукровок…

…Думать про способ рождения истинных Беров мне пока не хотелось, ибо это было через чур дико и совершенно непонятно даже для моего разума'….

Опять же, как рассказывала тетушка, именно по этой причине, что Бурые «пошли в народ» их род стал самым многочисленным, и самым мелким в плане габаритов, потому что чем больше человеческой крови в Бере, тем слабее он становится и мельче, становясь больше похожим на человека. И, видимо, именно по этой причине, Бурые больше остальных походили на людей — большие и мускулистые, но совершенно не клыкастые. Поэтому именно Бурых чаще остальных отправляли в город за покупками.

Далее шли Гризли. Самый многочисленный род, обитающий в этом месте, во главе с Сумраком, который нещадно гонял своих подопечных с раннего утра до поздней ночи, пока бедные мужчины не расползались по своим спальням. Мужчины с такой же золотистой кожей, как и Бурые, но черноволосые и светлоглазые. Самые шумные, самые крикливые и очень резкие в своих движениях. Их излюбленным занятием было доводить друг друга, а потом устраивать бои на тренировочной площадке, пока они не ломали новую порцию деревьев, обязательно получая от Сумрака, и понурые расползались по делам — рубить дрова, чистить снег, помогать на кухне, что-то ремонтировать или сколачивать новые столы и стулья. Сумрак всем и всегда находил применение, раздавая подзатыльники, а иногда огревая и поленом, если кто-то осмеливался рыкнуть, что хочет спать или устал. Очевидно, что Сумрак делал это осознанно, отчетливее других понимая, что без должного контроля, его парни просто передерутся между собой, а заодно испортят все отношения с другими родами, на которые часто задирались, к счастью, пока не получая настоящего отпора, словно все остальные понимали, что проще промолчать, чем вступать в спор с Гризли, которые этого только и хотели. Хотя они были по-своему забавными и походили на свору больших детей, которые не могут ужиться вместе, никак не поделив свои игрушки и горшки.