Альсиды подняли головы в ожидании развязки. Она действительно наступила, когда шар вернулся и с оглушительным грохотом врезался в землю. Почва затряслась, а испуганные лошади попятились назад. Диора упала на колени и со слезами на глазах протянула руки в сторону уцелевшего забора.

Эмилирион повернулся к гвардейцам и самодовольным голосом сказал:

— Может быть начнём наш разговор с того места, где вы попросили меня проехать с вами в столицу?

Изначально он не был уверен, что блеф сработает, однако с каждой последующей секундой тишины, шансы на успех возрастали. В отличие от соратников, явно напуганных неизвестной магией, Яферит смотрел на Эмилириона и о чём-то размышлял. Тея с выпученными от удивления глазами замерла и не моргала. Только Диора смогла нарушить тишину:

— Куда делся мой дом?! — закричала она. — Что ты наделал?!

Эмилирион с недоумением взглянул на старуху, затем на остальную «деревню» и ответил:

— Ты собиралась жить здесь в гордом одиночестве? Оглянись, вокруг ничего нет.

Диора была готова броситься на него с кулаками, но, к счастью, Яферит смог разрядить обстановку:

— В этой деревне больше нет жизни. Мы позаботимся о вас и вашей внучке.

— Я пойду с Эмилирионом! — твёрдо заявила Тея.

Пожилая альсидка направилась к ней со словами:

— Тея, что ты такое говоришь? Он убийца!

— Бабушка, я уже всё решила, — сказала она и немного отошла назад, показывая, что не желает идти с гвардейцами. — Я разочарована твоими действиями, этот человек спас нас, а ты его предала.

— Внученька, пожалуйста, одумайся, — умоляла Диора. — Он наверняка завладел твоим разумом при помощи магии!

— Не говори глупостей! — прервала её Тея.

— Я бы хотел у вас кое-что попросить, — произнёс Эмилирион, обращаясь к Яфериту.

— Слушаю, — недовольно буркнул он.

— Раз уж я сделал Вашу работу и уничтожил небольшую армию Ваших врагов, то я бы хотел получить компенсацию…

Не успел он договорить, как в разговор вмешался один из гвардейцев:

— Ты совсем из ума выжил?! Тебе стоить молить о пощаде, а ты ещё торгуешься…

— Говори, — перебил его Яферит.

— Я бы хотел попросить у вас свежую лошадь, и небольшую финансовую компенсацию. Думаю, что в бою с красноглазыми вы потеряли бы куда больше.

Яферит вновь задумался, но затем безмолвно удалился вместе со свитой, оставив троицу в недоумении.

Пока Диора пыталась убедить Тею остаться с ней, Эмилирион вместе с Икаром обсуждали неожиданный уход Яферита. Сошлись они в одном — просто так их не отпустят, нужно было приготовиться к любому исходу.

— Предлагаю рассмотреть вариант с заложниками, — начал Икар.

— Вряд ли в этом мире жизнь ценится столь высоко, чтобы разыграть эту карту, — ответил Эмилирион.

— Запасов жизненной энергии хватит максимум на три-четыре слабых воздействия. — Икар не мог найти оптимальный вариант. — В сложившейся ситуации сбежать сейчас — будет неплохим решением. Со всадниками мы сможем справиться, а остальные не смогут нас догнать.

— Спорное решение, — усомнился он. — Скитаться по полям без еды и карты я не желаю.

Около десяти минут продолжался внутренний диалог. Эмилирион практически не слышал, что происходит вокруг. Однако, к его удивлению, помощник Яферита привёл коня и принёс мешочек с монетами. Альсид передал поводья и деньги, а затем произнёс:

— Дамы, кто из вас желает вернуться к нормальной жизни — прошу пройти со мной.

— Внученька пошли, иначе ты станешь изгоем! — Диора явно поняла недвусмысленный намёк мужчины.

Тея запрыгнула на лошадь и сказала:

— Эмилирион, поехали, не желаю здесь больше оставаться.

Ни разу, не сидевший в седле, он с трудом забрался на скакуна. Гвардеец с презрением посмотрел на парочку отщепенцев, потом подошёл к Диоре и взял её за руку.

— Не переживайте, мы о вас позаботимся, — сказал он.

— Тея, прошу тебя не глупи! — завопила она.

Девушка с силой дёрнула поводья и лошадь сорвалась с места. Эмилирион чуть не упал назад, но в последний момент успел схватиться за живот спутницы. Мешочек с пятнадцатью золотыми монетами он оставил у себя в кармане.

Ближайшим крупным городом был Ласнион — негласная столица разврата и бандитизма. Эмилириона это полностью устраивало, а Тее было судя по всему всё равно, после разговора с бабушкой она стала сама не своя. Хоть ему и было интересно, что же между ними произошло, но спрашивать было бы глупо, ибо он стоял рядом и должен был всё слышать.

— Почему нас отпустили? — неожиданно спросила Тея.

Эмилирион обернулся, взглянул на удаляющуюся армию альсидов и ответил:

— Не думаю, что на этом всё закончится.