Аяна сказала чуть позже, что это все неправда, а Виктория просто подарила глупой малышне эту мечту. Но мечту маленькой Машке подарила именно Виктория, и Аяна отобрать ее уже не могла. Машка теперь обеими руками за мечту эту, иллюзорную и детскую, держалась, надеясь в один прекрасный день забыть и о вечно плачущем Петьке, и о дерущейся Аяне, и о злом Саньке.

Сейчас Машка бежала по шпалам следом за Таней Марычевой, глядя, как солнечные лучи напитывают распущенные волосы одноклассницы сияющим золотом. Далеко позади остались и вокзал, и платформа, и случайные пассажиры, с осуждением глядящие на юных разбойников. Паутина из шпал тоже осталась позади, и теперь ребята бежали по прямой, по одним-единственным рельсам, улюлюкая и хохоча, и Машка хохотала вместе с ними.

Мимо потянулись хилые лесопосадки и безбрежное золотистое море выгоревшей степи – по бокам насыпей торчали облезлые сорняки и чахлые карагачи, все еще сохраняющие в серо-зеленых резных листочках летнее тепло. Машка бежала, полной грудью вдыхая запах какого-то прогорклого масла, горной пыли и нагретого за день воздуха, и ощущала себя вдруг такой счастливой, такой бесконечно радостной, что на глазах выступали слезы – то ли от восторга, то ли от ветра, бьющего прямо в лицо.

Наконец-то их гонка завершилась, и пятиклассники съехали по насыпи под карагачи, замерли там, переводя дух. Таня Марычева глянула на тоненькие золотистые часики на запястье, прищурилась:

– Пять минут. Кто первый?..

– Я пойду, – отозвался решительно Димка, приглаживая рукой растрепавшиеся волосы.

– Куда пойдешь? – глуповато спросила Машка и улыбнулась от уха до уха. Федя снова хохотнул.

– Сейчас увидишь, – отозвалась Таня, и глаза ее вспыхнули.

Забравшись по насыпи на рельсы, Димка воткнул белоснежные наушники – его голова мигом начала рвано подергиваться в такт музыке, стоило только щелкнуть по иконке в телефоне. Вот так, двигаясь под музыку, он и побрел по рельсам, смотря вперед потемневшими глазами.

Лицо его стало бледным и сосредоточенным.

Машка с ребятами отошла чуть дальше и теперь пристально следила за Димкой. В груди у девочки поселилось неприятное чувство – вокруг шепчущаяся ковылем степь, полуголые деревья, ветер гонит сухую листву по рельсам. Димка бредет вперед, ничего не слыша.

– А если поезд? – взволнованно спросила девочка, и в то же мгновение Таня схватила ее за рукав свитера – аккуратно, одними пальцами за самый край, но удержала на месте.

– Тише. Смотри.

Димка шел вперед. Воздух вокруг него начал едва уловимо вибрировать, знаменуя приближающийся поезд, и у Машки волоски зашевелились на руках.

– Это же опасно! – брякнула она поспешно, но ее оборвал Федя:

– Заткнись!

Позади Димки показался длинный черный поезд, грохочущий и приближающийся с каждой секундой. Машка зажмурилась, зажимая себе рот рукой. Таня все еще держала ее за рукав, и от касания этих теплых пальцев в любое другое время у Машки бы дыхание перехватывало, но сейчас она слишком волновалась за Димку.

Что они задумали?!

Поезд завыл протяжно – сработал оглушающий гудок. Машинист заметил бредущего по путям подростка и принялся сигналить, предупреждая его. Димка шел вперед – спина окаменела, воспаленными глазами он всматривался в друзей, и Машка, приоткрывшая один глаз всего на миг, подумала, что он смотрит только на нее.

Все ближе и ближе поезд. Заскрипели тормоза – машинист попытался остановить огромный поезд, прекрасно понимая, что уже не успеет.

Машка, не выдержав, закрыла лицо руками, сгорбилась к самой земле. Конечно же, она не могла увидеть, как Федя за ее спиной резко махнул рукой, и в ту же секунду Дима отпрыгнул в сторону, сдергивая с головы наушники.

Поезд, продолжая механически визжать, промчался мимо, обдав Машку теплым воздухом. Дрожа, она все-таки открыла глаза и тут же увидела, как к ним бежит раскрасневшийся Димка.

Живой Димка.

– Блин! – в восторге закричала Таня, прижимая к себе Димку с таким трепетом, словно между ними была настоящая симпатия. Димка крепко обнял Таню в ответ. – Всего пару секунд оставалось! Ты так крут!

Димка лишь хохотнул, стирая испарину с багрового лба.

– Я следующий, – вызвался Федя, явно ревнующий к столь восторженному вниманию. Машка стояла в молчании, вытаращив глаза, и явно ничего не понимала.

Пока Федя карабкался на насыпь, чтобы испытать себя на прочность, Таня, отбросив с лица золотистый локон, объяснила новенькой Машке:

– Мы тренируем сверхъестественные способности. Знаешь, как в фильмах про супергероев. Включаем громко музыку, чтобы ничего не слышать, и идем вперед, пытаемся почувствовать спиной приближение поезда. Чем ближе от поезда ты успеешь уйти – тем ты круче. Видела, как Димка долго продержался?! Он чувствовал.

– Прямо спиной? – с восторгом спросила Машка.