— Можете садиться, — распорядился Брасид.

— Спасибо, сержант, — отозвался один из местных не самым уважительным тоном.

Хозяин таверны — жирный и подобострастный — вразвалочку вышел из дальнего угла комнаты.

— Что вам будет угодно, господа?

— Флягу твоего лучшего вина. И два лучших кубка для питья. Что у тебя есть из еды?

— Только тушеное мясо, господин. Но это отличное, жирное мясо молодого козленка, который только сегодня утром отделился от своего отца. А еще колбаса — хорошо выдержанная и крепко приправленная.

— Мэгги? — Брасид вопросительно глянул на нее.

— Тушеное мясо подойдет. Я так думаю. Пахнет оно замечательно. И, кроме того, прошло тепловую обработку, так что будет гораздо безопаснее…

Хозяин таверны уставился на нее:

— Могу ли я быть настолько дерзким, и спросить — господин, случайно, не с того инопланетного корабля?

— Вы и так уже спросили, — фыркнула Маргарет Лэзенби — и добавила, смягчившись: — Да. Я с того корабля.

— Вы, наверное, находите наш мир очень красивым, господин.

— Да, здесь очень красиво. И интересно.

Брасид отодвинул скамью, стоявшую возле не занятого стола, и едва ли не насильно усадил Мэгти.

— Как насчет вина? — свирепо спросил он у хозяина таверны.

— Да, господин. Уже иду, господин. Мгновенно все будет сделано.

Один из козопасов шепнул что-то своим товарищам и захихикал. Демонстративно положив руку на кобуру своего пистолета, Брасид пристально посмотрел на собравшихся. В комнате повисла напряженная тишина, а затем, один за другим, козопасы покинули таверну. Обитатель Аркадии пожаловался:

— Ну вот, не успела я включить аудиозапись…

Она вздохнула и что-то сделала с одним из висевших через плечо приборов. Усиленный звук позволил разобрать слова: «С каких это пор армия стала нянчиться с инопланетными монстрами»?

— Высокомерная свинья!

— Не глупи. Они имеют право на свою точку зрения.

— Нет, не имеют. Они меня оскорбляют… И тебя.

— В свое время меня обзывали и похуже. Ты лишил их заслуженного отдыха, а меня — возможности сделать запись обычного разговора в таверне.

Брасид поколебался, потом выдавил:

— Извини.

— Ты, должно быть, чертовски собой гордишься.

Появился хозяин таверны с флягой и двумя кубками. Они были не слишком чистыми и различались по форме — но все же сделаны из стекла, а не из глины или металла, как обычно бывает в низкопробных забегаловках. Хозяин осторожно поставил их на неровную поверхность стола, а затем замер с кувшином вина в руках в ожидании приказа наливать.

— Одну минуту, — сказала вдруг Маргарет Лэзенби. Она взяла один из кубков, внимательно осмотрела его. — Гм, так я и думала.

— И что же ты думала, Мэгги?

— Посмотри, — она указала отполированным ногтем на рисунок в виде герба, рельефно выделяющийся на стеклянной поверхности. — Стилизованный греческий шлем. А под ним можно разобрать буквы, они еще не стерлись от времени: «МТК — „Дорик“».

— МТК?

— Межзвездный Транспортный Комитет. «Дорик» — название корабля.

— Но я думал, твой корабль принадлежит Федеральной Исследовательской… и Контрольной Службе.

— Так и есть.

— Но здесь не появлялось ни одного корабля, кроме латтерхейвенских грузовиков. Об этом и слухов нет.

— Кое-что, значит, было. Как насчет того, чтобы наполнить эти… эти древние сосуды?

Брасид молча кивнул хозяину таверны, и тот, после секундного колебания, первым наполнил кубок инопланетянина. Не нужно было быть телепатом, чтобы угадать ход его мыслей. Перед ним сержант — причем, сержант армейского Полицейского батальона. И инопланетянин — то ли в униформе, то ли в гражданском. Кто выше рангом?

Брасид поднял свой кубок:

— Твое здоровье, Мэгги.

— Твое здоровье, — она сделала глоток. — Хм, совсем не плохо. Конечно, в таком сосуде должна быть рецина, а к ней должна подаваться фета и спелые маслины в качестве закуски…

— Ты снова говоришь загадками, Мэгги.

— Прости, Брасид. Просто ты так… так похож на обычного человека, несмотря на все, я порой забываю, что твой мир живет в изоляции на протяжении веков. Ладно, попробуем просто наслаждаться едой.