Романов замер. Его руки вцепились в мои плечи, толи отталкивая, толи притягивая ближе, но я продолжала прижиматься к Алексу всем телом, так страстно желая, чтобы он, наконец, обнял меня.

И это произошло.

Романов издал какой-то звук, похожий на рык, и крепко прижал меня к себе, перехватывая инициативу. Его руки уверенно исследовали мою спину, а язык ворвался в рот, словно завоёвывая территорию. Ноги подкосились, и я бы упала, если б Алекс не прижимал меня к себе.

Бабочки, которые при каждой нашей встречи то и дело легонько щекотали низ живота, сейчас во всю расправили крылья и разлетелись по всему телу.

Я обхватила Алекса за шею и зарылась руками в его волосы, периодически царапая кожу головы ногтями.

— Блядь, — прошипел Романов, и его губы переместились на мой подбородок, потом к шее. А я порадовалась, что на экзамен не нацепила водолазку, а надела блузу, расстегнув три верхние пуговицы.

Я задыхалась. Хватала ртом воздух, пока Алекс проделывал что-то невероятное своим ртом и руками. А когда умелые пальцы опустились к ягодицам и крепко сжали их, я простонала.

— Маша, — услышала в ответ возбуждённый шёпот. Алекс замер, уткнувшись носом в мою шею и согревая её частым дыханием. — Что ты со мной делаешь, дикая кошка? Я же не смогу остановиться.

Я слегка отстранилась от парня, и заглянула ему в глаза. Чёрные, горящие. От его взгляда по телу прошёл очередной разряд тока.

— Не останавливайся, — шёпотом, но уверено сказала.

Глаза Алекса сверкнули в полумраке, и он снова меня поцеловал. Глубоко, страстно, крепко прижав к себе.

Алекс сделал поступательное движение бёдрами, и я почувствовала, насколько сильно он возбуждён. И я не меньше. Моё бельё уже можно выжимать, а это только начало. Ведь так?

Романов снова опустил руки на мои ягодицы и слегка потянул вверх. Я по инерции обвила его талию ногами, и мы куда-то двинулись.

Алекс не переставал меня целовать. Губы, лицо, шея, ключицы. Я совершенно потерялась во времени и пространстве.

Мы дошли до спальни, и парень поставил меня на ноги у кровати. Колени подкашивались, кровь прилила к голове, и я ощущала собственное сердцебиение где-то у висков.

Алекс сделал шаг назад, отдаляясь от меня, а я, словно на привязи, сделала шаг к нему.

Романов слегка усмехнулся и стал расстёгивать пуговицы на моей рубашке. Медленно. Не отпуская моего взгляда. Каждый раз он намерено задевал кожу, и на этих местах, кажется, оставались ожоги.

Расстегнув последнюю, Алекс стянул рубашку с моих плеч и опустил горящий взгляд ниже. Грудь часто поднималась, напрягшиеся соски, наверняка, были видны сквозь тонкую ткань бюстгалтера, и мне остро захотелось ощутить его ладони там, на полушариях.

Романов, словно прочитав мои мысли, протянул руку и провёл от шеи к груди, сжав правую своей крупной ладонью. Он погладил вершину большим пальцем, и я снова тихо застонала.

Алекс буквально набросился на меня, сжимая своими сильными руками. Умело сорвал лифчик, освобождая грудь, и припал к ней губами. Парень по очереди посасывал соски, заставляя меня извиваться от наслаждения. Всё тело горело огнём, и я совершенно не понимала, что с этим делать.

Я дёргала Алекса за волосы, царапала ногтями плечи, наверняка оставляя следы, и тяжело дышала, сдерживая рвущиеся наружу стоны.

Романов опустился передо мной на колени и, целуя живот, стал расстёгивать молнию на чёрных брюках.

В этот момент мне стало неловко. Я смотрела на парня сверху вниз и инстинктивно тянула его за волосы, пытаясь оторвать от себя.

Он поднял голову и посмотрел на меня горящими возбуждением глазами. Дрожь мурашками разбежалась по всему телу. Я, словно под гипнозом, смотрела, как он снимает с меня брюки. Переступила через правую штанину, затем — через левую. Алекс поднялся на ноги и сделал шаг назад. Я стояла перед ним в одних хлопковых трусиках, в то время как парень был полностью одет.

Стало неловко. Всё ещё мокрые волосы неприятно облепили спину и плечи. Тушь, наверняка, растеклась под глазами чёрными кругами. Я попыталась прикрыться руками, но Алекс мотнул головой, прошептав:

— Ты не должна стесняться. Ты потрясающе красива.

И я поверила ему. Расправила плечи и выпрямилась, опустив руки вдоль тела.

Александр продолжал рассматривать меня, словно картину, и под этим взглядом я почувствовала себя увереннее. Шагнула вперёд, протянув руку, и прижала ладонь к груди Романова. Его сердце, кажется, билось в унисон с моим. Грудь часто вздымалась, говоря о сильном возбуждении.

Я слегка улыбнулась. Захотелось почувствовать под пальцами его обнажённую кожу. Схватилась за подол футболки и потянула вверх, обнажая Романова.

Его идеальное тело лучше любого афродизиака. Я прижалась голой грудью к Алексу, и он шумно выдохнул. Приподнявшись на носочки, провела носом вдоль его шеи, как делал Романов со мной, и лизнула кадык. Так давно мечтала об этом. Терпкий, мужской вкус. Немного солёный. Лучше любого лакомства.

Алекс словно ожил — прижал меня к себе крепче. Обе его ладони полностью скрывали мою спину, и это казалось таким правильным. Всё, что происходило сейчас.