— А может мне стоит прийти? Да, — женщина сделала шаг назад сдерживая накатившие слезы. — прийти и просто посмотреть в глаза этой дряни…

— Ты совсем с катушек съехала? — Кирилл скривился в ужасе. — что ты опять начинаешь???

— Неудивительно, что все женщины бросают вас. Знаешь, Кирилл, а я тоже человек. Я тоже женщина, и я хочу любви, ласки и понимания. Я устала постоянно быть для тебя идеальной, когда тебе это нахер не нужно. — Саша глубоко задышала, чтобы не заплакать. — если тебе трудно дать мне должное внимание, то я найду того кому буду не безразлична. — Саша вышла из зала, но спустя несколько минут вернулась вновь. — в конце концов, чем я заслуживаю меньше уважения, чем твоя трясогузка?

Кирилл молчал пытаясь переварить все сказанное его женщиной. Саша вернулась в кресло, и скрестив ноги, всем своим видом провоцировала мужа на скандал. Он это понимал. В такие моменты, глаза Александры сужались и становились практически черными от надменности, от той злости, что вырывалась наружу из души вон. Он сжали руку так, что суставы его пальцев захрустели. Кирилл встал, обошел диван и облокотился ладонями о мягкую спинку кресла. Саша сидела настолько неподвижно, что от холодка по спинке не дрогнул ни один мускул на ее тонком личике. Она готовилась к словесной битве с супругом. Она готовилась к предстоящему скандалу. Она не умела уступать.

— Не было бы тебя, — он облокотился задом о кресло, и засунул руки в карманы брюк. — была бы другая, которая не трахала бы мне мозги. Знаешь почему? Потому что у нее хватило бы своих мозгов, чтобы понять где я работаю, с кем и почему. Была бы другая, которая уже давно заткнулась бы и предложила мне простой пойти спать. Хорошо… — он цокнул языком. — хочешь уважения, то веди себя достойно, прекрати обращать внимание на бл*дей, что окружают каждого из нас ежедневно. Хочешь любви, так давай и это устроим. Я тебя каждый свой выходной зову сходить куда-нибудь. Взять Свету и бл*ть, просто сходить в парк, в кино, да в цирк вне дома. Я зову тебя пообедать, выпить кофе… — он выдохнул. — так ты задрала меня своими диетами и правильным питанием. То тебе нельзя, а альтернативы ты даже не ищешь. Тебе просто нравится надо мной издеваться!!! А если ты хочешь ласки… — он обернулся, коснулся двумя холодными пальцами ее горячей шее и скользнул ими по спине вниз. — сделай хоть что-нибудь, что пробудило бы эту страсть между нами. Но нет… — его пальцы нежно сомкнулись вокруг тонкой, нежной шейки. — тебе больше нравится ломать меня. Нравится, когда я оправдываюсь и прошу прощение за ущемление, которого нет.

— Мне не хватает тебя, Кирилл. — прошептала Саша не сдерживая крупные гроздья слез, что ударялись в мелкую россыпь о мужские руки. — только тебе хорошо и без меня.

Кирилл разжал пальцы рук, и вздрогнул. В голове всплыли воспоминая, как однажды отец со всей силы ударил его мать за подобные слова, замечания. За подобное отношения. Разница Кирилла с отцом была не велика: отец всю жизнь работал охранником разных приватных заведений, а сын его стал заместителем начальницы стриптиз-бара. Он вспомнил, как после того случая, мать забрала сестру и хотела забрать и Кирилла, но только он отказался, посчитав это предательством отцовской любви. Он любил Сашу, свою падчерицу Светку, которая взаимной любовью отвечала ему не часто, но если и отвечала, то те слова, которые она говорила отчиму были более честным, чем признания в любви ее матери. Девочка, что росла без отца и что хотела быть нужной…девочка, что никогда не знала, как это, когда тобой гордится папа была очень привязана к Кириллу, как к родному, ведь кроме него был еще и биологический отец, что спился и был убит в пьяной потасовке, и кроме слез и боли ничего не оставил после себя для родной дочери. Света прониклась к Кириллу только последние полгода, ибо все это время даже не подозревала, как это вести себя с чужим мужчиной, что однажды просто захотел услышать «папа». Кирилл любил девочку, как родную дочь, которой у него никогда не было в силу мужского бесплодия.

Александра скинула плед, встала и направилась в спальню. Кирилл со всей силы бил по мягкой диванной обвивки не в силах совладать с собственной слабостью, болью. Осадок виски все еще провоцировал его на безумие, и в какой-то момент он просто сорвался. Сорвался, как умалишенный, как помешанный, как влюбленный. Резко словив тонкое, женское запястье, он почувствовал, как быстро бьется сердце Саши. Женщина тяжело вздохнула, и сжавшись от страха…прошептала выводящую из себя фразу…

— Если ты мне изменишь, если предашь, то я уйду…Кирилл, заберу Свету и уйду. Ты это понимаешь? — слезы стекали по ее впалым щекам.

— На каком это основании ты заберешь у меня Свету? — он крепче сжал хрупкую женскую ладонь. — ты что о себе возомнила, сука? — все его нутро клокотало от бешенства.

— Кирилл… — прошептала Саша. — пусти меня, мне больно.

— Ты какого черта мне угрожаешь? — его глаза чернели от кома злости, что переполняла его сердце. — если ты решила свалить, то будь добра, — он грубо толкнул девушку и она ударилась о дверной косяк. — собирай свои шмотки сейчас и проваливай!

— Подонок! — сорвалась Саша. Ее голос захрипел. — ставишь мне условия? Что, — она потерла левый бок. — уже трахнул эту дрянь? Быть может это тебе нужно выметаться отсюда?

— Мне? — Кирилл сжал руку в кулак. — повтори это еще раз. — прошипел мужчина чувствуя, как все его суставы хрустят.

— Тебе… — уверенно произнесла Саша, но увидев, как вены на шее мужа вздулись от нервов, она сделала шаг назад. Кирилл уверенно сделал шаг вперед, и приподняв правую руку сжатую в кулак заставил Сашу сжаться от страха. — Кирилл, прекрати. Успокойся.

Со всей силы ударив в стену, он снова цокнул языком. Саша резко присела на корточки закрывая лицо и голову руками. Она тяжело дышала. Страх сковывал все ее тело. Страх заставлял слезы литься ручьями, и скулить. Она знала, как это, когда тебя бьет мужчина. Она помнила эта по первому браку, когда отец Светы приняв на душу поднимал на беременную девушку руку, и не стеснялся в брани называл ее последними словами, но тогда страх был другим. Тогда страх опозориться был сильнее ее. Кто она такая? Девчонка без прошлого, без будущего. Сирота, сбежавшая из детдома и встретившая его, как тогда казалось, самого нужного, самого единственного, ласкового, но только ласковым он был редко, а именно в моменты трезвости. Сейчас она тоже боялась, но только страх этот был иным. Совершенным. Нездоровым.

Резко схватив жену за волосы, Кирилл поволок ее к двери. Саша кричала, пыталась вырваться из его крепких рук, но мужчина был сильнее ее. Зажав левой кистью ее рот, он грубо прижал дрожащее тело к своему. «Заткнись, пока я не сломал тебе шею.»-прошептал он, и Саша послушно кивнула не прекращая реветь. Кирилл выпихнул за дверь супругу бросив ей в лицо пальто и оставив стоять в подъезде в ночной сорочке и этом роскошном, новом пальто, что он купил ей за несколько дней до этого. Меховая опушка, дорогой мех и переливчатые пуговицы…как же нелепо сейчас это выглядело. Словно побитая проститутка она стояла у двери собственного дома не в силах войти в него. Саша кричала, колотила кулаками в дверь разбивая их в кровь.