Анжело, Мо, Феликс, Девон и я направились к палатке Синклеров. Как и сказали Анджело с Мо, на турнир собрались практически все члены семей. Многие в семейных футболках и шляпах уже сидели на трибунах, живали начос и куриные крылышки и ждали, когда начнётся спектакль. Рабочие ходили туда-сюда по полю стадиона, неся барьеры, брёвна и другое. Они выстраивали на поле то, что было похоже на полосу препятствий.

На турнир также прибыло множество туристов. Этих деревенщин было видно по свисающим с шеи камерам и тому, как многие из них использовали камеры и телефоны, чтобы фотографировать всё вокруг, в том числе пикси, летающих по воздуху, как стая пчел. Их полупрозрачные крылья мерцали на утреннем солнечном свете, когда они разносили рожки мороженного, величиной в два раза больше них.

Я фыркнула. Можно было бы подумать, что они никогда раньше не видели пикси, раз не переставили их фотографировать. Но этих летающих существ можно было встретить повсюду, как и всех остальных монстров, на которых туристы-деревенщины приезжали поглазеть в Клоудбёрст Фоллс. Просто в нашем городе было больше магии и монстров, чем где-либо ещё. По крайней мере, так утверждали наши туристические бюро.

Мы подошли к палатке Синклеров и вошли внутрь. Там были установлены столы с едой и напитками и стулья, а также несколько вентиляторов для борьбы с растущей дневной жарой. Реджинальд стоял в центре палатки, как всегда, в чёрном твидовом костюме, и раздавал пикси инструкции, которые как раз разносили бутылки с водой. Клаудия сидела у одной из стен и просматривала свой телефон.

Анжело, Мо и Феликс отделились от нашей группы, чтобы узнать, нужна ли Реджинальду какая-либо помощь. А мы с Девоном не успели зайти, как уже первые люди бросились к нам навстречу и начали говорить о турнире. На этот раз я не возражала. Настроение было радостным, и все хлопали друг друга по спине, давали пять и желали участникам турнира удачи.

— Готова глотать пыль, Лайла? — пробормотал насмешливый голос мне в ухо. — Потому что это именно то, что тебя ожидает сегодня.

Что ж, похоже всё же не все.

Вэнс встал рядом со мной с самодовольной улыбкой на лице. Он медленно провёл пальцем по горлу, затем схватился за шею и начал нарочно задыхаться, как будто наглотался пыли.

Я лишь сладко улыбнулась.

— Скройся с моих глаз, не то я засуну кулак тебе в горло и заставлю задохнуться по-настоящему.

Вэнс опустил руки и злобно посмотрел на меня, получив в ответ такой же злобный взгляд.

Девон встал между нами.

— Удачи, Вэнс, — резко сказал он.

Вэнс закатил глаза.

— Мне удача не требуется. В ней нуждаются только другие присутствующие здесь неудачники.

Лицо Девона окаменело от оскорбления.

— Что ж, полагаю, в конце турнира увидим, кто здесь настоящий неудачник.

— Да без разницы, чувак.

Вэнс снова закатил глаза и пошёл к своим друзьям, которые собрались вокруг одного из столиков с напитками.

— Что за придурок, — пробормотал Девон.

— Не могу не согласиться.

Мы прошли глубже в палатку, желали другим всего самого лучшего и сами получали ещё больше подбадривающих слов. Хоть я и была ужасным цинком, но даже я должна была признать, что дух товарищества был… приятным. Он заставил меня почувствовать себя членом семьи, стать частью чего-то большего и более важного, чем я сама.

Я почувствовала гордость за то, что я Синклер.

— Разве это не здорово? — спросил Оскар, подлитая ко мне, его фиолетовые глаза блестели от возбуждения.

Я посмотрела на карамельное яблоко в его руке, которое было примерно в два раза больше него.

— Думаю, ты съел уже достаточно. Ты ведёшь себя хуже маленького ребёнка, когда переедаешь сахара.

— Достаточно сахара? — спросил Оскар высоким, гнусавым голосом. Достаточно? Да такого просто не бывает!

Он ещё раз откусил от яблока, и его крылья сразу же забились ещё быстрее, заставляя чёрный плащ трепетать за спиной. Оскар одарил меня безумной улыбкой и умчался прочь, чтобы поговорить с другим пикси.

Девон разговаривал с несколькими другими участниками турнира, поэтому я подошла к Мо, который стоял возле одной из стен палатки и что-то писал в блокноте. Несколько ручек были вставлены в поля его белой соломенной шляпы, а ещё несколько торчало из кармана его чёрной гавайской рубашки с рисунком из белых орхидей.

— Что ты тут делаешь?

Мо даже на секунду не оторвал взгляда от блокнота.

— Я слежу за несколькими дружескими пари, которые были заключены на событие турнира — конечно, на благо семьи.

— Ты имеешь в виду, что из ростовщика превратился в букмекера?

Уголок его рта приподнялся в хитрой улыбке.

— От тебя невозможно ничего скрыть, малышка.

— Просто убедись в том, что я получу свою долю.

Мо выгнул бровь.

— Разве я рискнул бы утаить деньги, которые выиграю, поставив на тебя?

— Более чем.

Он ухмыльнулся.

— Ты слишком хорошо меня знаешь, Лайла.

Я рассмеялась.

Весёлый разговор продолжался ещё несколько минут, пока Клаудия не убрала телефон. Она встала и прошла в центр палатки. Девон передал ей свой меч, и она перекрутила в руке чёрный клинок семьи Синклеров. Все замолчали и повернулись к ней лицом. Клаудия выпрямилась, а её зелёные глаза обвели всех собравшихся в палатке. За стенами из ткани всё ещё был слышен шум толпы, но здесь воцарилась тишина.