– А у тебя есть?

Юлька облизнула пересохшие губы и с вызовом посмотрела на него.

– А у меня есть. Освободишься, приходи – может, и тебе покажу.

На губах усмешка и глаза такие блядские. Только понимает, что не придет к ней Никита. И от того грустные.

Парень выругался и выдохнул ей в губы.

– И зачем наговорила тогда всего? Ты хоть понимаешь, когда человек нравится?

– Понимаю. – Юлька положила ладони на полы его куртки. – Это когда думаешь о нем. Как ты обо мне. Когда выискиваешь взглядом. Как ты меня. Когда смотришь в глаза и хочется поцеловать, так что скулы сводит.

Никита растянул губы в насмешливой улыбке.

– Мне не хочется тебя целовать, принцесска.

Юля прикрыла глаза ресницами и тоже улыбнулась.

– Королева, Климов. Я твоя королева. Всю жизнь будешь вспоминать и жалеть, что сейчас меня не поцеловал. А живешь с какой-то… Девочкой. Неказистой, - вспомнила Юлька слова его бабки.

Никита, усмехнулся и склонился к её губам. Всего несколько сантиметров оставалось.

– Я сейчас. Не хочу. Тебя целовать, - четко выговорил он ей и вышел из аудитории. Юлька ошарашенно выдохнула. А потом повернулась к партам и, заметив, какое-то телодвижение тяжело вздохнула.
– Давай выходи уже, шпионка. Я тебя увидела. Нежелательный свидетель моего позора.

Я пожала плечами и типа грациозно выползла из своего укрытия.

– Почему позора? Мне показалось, что он говорил «сейчас», а не «вообще».

Юлька опять тяжело вздохнула и посмотрела на меня как на неразумного ребёнка.

– Катюх? Откуда столько оптимизма?

Я пожала плечами. Сама не знаю. Но уж очень хочется, чтобы вокруг меня были счастливые люди.

8

Я готова рвать и метать. Эта сука Антон!

– Я застала их с другой девушкой. – У Катюхи голос какой-то отрешенный. – Она мне высказала… Короче, он на машину свою поспорил.

Я готова материться. Нет, у него с Катькой ничего не было. Спор он опять проиграл. За то и руку ей сломал. В пылу их ссоры. Папка заставил Катюху заявление в милицию подать, так этот уе…к встречный иск подал. Дескать, она ему голову чем-то разбила. Вот что за мужики пошли? Как не пидарас, так гандон! Отец ему ещё и пять тысяч долларов отвалил, чтоб он от Катюхи отстал.

Маме естественно я ничего такого не рассказывала. По Катькиной просьбе. Для неё просто свадьба расстроилась. Мама наша на Катьку и злится и любит и испытывает непонятные чувства. Материнские. С одной стороны разлуку с ребенком, которого считаешь не очень хорошим, легче переносить. А с другой стороны Катька все равно её дочка и мама её любит. Вот и ищет в чем бы уличить и скучает одновременно. Хотя если бы про Антона всю правду узнала, то рванула бы к ним, и туго бы пришлось этому парню!

– Кать, ты не расстраивайся. Это ещё повезло, что до свадьбы от такого урода отделалась.

Катька хмыкнула и согласилась. Кажется сквозь слёзы. Вот такое кино в нашей жизни. Тяжелое и не смешное.

9

Весной мы на даче решили собраться. Мы это вся наша группа. А на Даче у нашего одногруппника. Леши Савельева. Он давно на Юльку глаз положил и специально всех позвал на её выходных.

Мы-то с Манюней на электричке приехали. Юлька с нами конечно. Без каблуков как обычно. А в кедах и джинсах.

Лешка как её увидел, сразу протяжно заныл:

– Шевцова, ты согрешила, спрятав такие ноги.

– Савельев, - в тон ему гаркнула Юлька. – Я в жизни не токмо этим грешила, так что ад мне и без твоих завываний обеспечен.

Тут она наткнулась на взгляд Климова и смутилась, когда он улыбаться начал.

– Бесит, блин! – шикнула она мне и утащила за руку.

Нас с Юлькой запрягли как Золушек и заставили готовить на всю эту ораву. Выяснилось, что Олька Таранова даже этого не умеет. Попробовала огурцы порезать. В итоге, порезала себе палец и разоралась так, будто литр крови потеряла. И откуда только такие манеры, словно она какая-то балованная принцесса, а не обычная девчонка. В общем, вытолкали мы её в зашей с нашей полевой кухни, и остались втроем с Манюней. Быстро салатов накрошили, и всего чего от нас требовалось, и уселись на скамейке в ожидании обещанного шашлыка.

Парни с Никитой у мангала крутились. Но естественно. Естественно все внимание Юльки было приковано исключительно к Климову. Этот зас…ц ещё и рубашку снял, оставшись в одной майке и демонстрируя свою спортивную фигуру. Я смачно выругалась. Честно. Думала, Юлька слюнями всю траву закапает, так уставилась на него.

– А ведь он знает, как ты к нему относишься, - задумчиво произнесла Машка.

– И специально её дразнит, зараза!
– проворчала я.

Юля отмахнулась от нас обоих.

– Уймитесь, девки. Это он для Тараньки своей старается. – Юлька это сказала ещё так. Будто смирилась, что не её. Но смотреть-то никто не запрещает!

Климов как раз поднял на неё глаза и, прищурившись, одарил насмешливой улыбкой.

– Я же говорю – зараза он! – Это я все возмущаюсь. Машка-то всей Юлькиной истории так и не знает. Зато что-то другое знает. Склонилась сначала к Юлькиному уху, а потом к моему.

– Говорят, он с Олей расстался, – шепнула она мне, но Юлька от её слов уже отмахнулась.