– А ещё говорят, что он на ней жениться собрался.

Я посмотрела на неё и восхитилась. Мне она показалась такой взрослой и красивой в этот момент. И так жалко. Что какой-то Никита Климов вместо такой хорошей девушки выбирает какую-то Тараньку.

– Блин, поганки мои, я вас так люблю! – вдруг едва не прослезившись, выдала Машка. Кажется, мы с ней были на одной волне.

Кто-то приволок гитару, пока мы сидели как клуши. И Юлька неожиданно заметила её, а потом взяла и начала перебирать струны. Мы-то с Машкой уже знаем, что она играть умеет. А вот для всех остальных, похоже, стало полной неожиданностью, когда Юлька вдруг затянула «Я, словно бабочка к огню, стремилась так неодолимо. В любовь – волшебную страну, где назовут меня любимой». Это из её любимого фильма. Да и играла и пела она, похоже, для себя. Но все равно было неимоверно красиво. И грустно.

– Эта женщина создана для роскоши, - ляпнул кто-то после того как она отложила гитару. Олька захихикала и напомнила, какой роскошью, закончила та женщина.

– Все твердила: «Я вещь! Я вещь!» Пока не застрелили.

– Слушайте, давайте что-то повеселее!

Юлька усмехнулась и опять потянулась за гитарой.

– А давай. – Кто слышал «Роза Мимоза» в исполнении Пепси тот поймет. На словах «Давай я тебя поцелую. Может, поймешь тогда, страсть моего поцелуя», хоть и исполненного Юлькой в шутливой форме, но Лешка потянулся губами к её лицу за обещанным поцелуем. Я заметила, как напрягся Никита, и как улыбка сползла с его лица. А Юлька только рассмеялась и отпихнула от себя ладонью Лешкино лицо.

– Брысь. Я прЫнца жду, - сквозь улыбку заявила девушка и снова хотела продолжить песню, но Лешка обиженно заканючил.

– А я кто? Разве не принц? Вот же и дворец мой… Целуй давай! Целуй! Це-луй!

Я не знаю, добился бы Лешка поцелуя своим скандированием, но только в этом деле ему явно подпортил карты Никита. Климов просто подошел и напомнил Лешке, про шашлык, которым тот вроде бы как должен был заниматься. Причем настойчиво так напомнил и подтолкнул Савельева к мангалу.

Мы-то с Манюней этот момент отметили. И переглянулись с понимающими улыбочками. А Никитка ведь ревнует нашу королевишну. На полянке уже полчаса вкусные запахи. Я даже ручки потирала в предвкушении обещанного мяса. Кто-то травил анекдоты, и Машка обхохатывалась от смеха на пару с Юлькой. Кажется, отпустило. Или назло веселится так, чтоб всем завидно было. Значит очень больно. Когда притащили музыку, Юлька пошла танцевать под старые песни. И прыгала как ненормальная под Ваенгу(?) и орала «Снова стою одна, снова курю мама снова!» Пока к ней опять Лешка не подкатил со стаканом чего-то. Так-то Лёха тоже наша местная звезда. И красавец и на машине ездит. Папой купленной. А Юлька расхохоталась ему в лицо и ушла.

– Козёл, блин! – выдохнула Юлька и рухнула к нам на скамью. А потом махнула вина и рассмеялась. Кажется, такими темпами сегодня что-то будет. В худшем случае Юлька об Лешкину голову что-то разобьет.

Ближе к вечеру все собрались в круг и опять вспомнили про гитару. На удивление в этот раз она в руках Климова оказалась. Юля весь оставшийся день старалась на него даже не смотреть. Вот и сейчас глаза в сторону отвела. А Никита только усмехнулся и начал перебирать струны.

Ты стоишь одна у парапета,

Гордо вскинув голову свою.

Я ведь и не думал что вот эту

Глупую девчонку полюблю.

Я хочу, чтобы снова

В нашем маленьком доме

Было много веселья

Было много вина. Я хочу,

Чтоб одна ты

Со мной рядом сидела,

И горячей любовью согревала меня.

На скамейке городского сада

Тебя целует кто-нибудь другой.

Писем ты не пишешь, - и не надо.

Я хочу, чтоб ты была со мной.

Я хочу, чтобы снова

В нашем маленьком доме

Было много веселья

Было много вина. Я хочу,

Чтоб одна ты

Со мной рядом сидела,

И горячей любовью согревала меня.

От звучания его голоса и от вида его лица в отблесках вечернего освещения, Юлька заплакала, и, стерев влажную дорожку ладонью, поднялась со скамьи и направилась в ближайший лесок. Там если честно даже забора не было. Только сосны. Вот к ним она и пошла. С глаз подальше. Просто слушать о том, как он любит, кого угодно кроме неё Юлька уже не могла. Вот только к моему… Вернее к нашему с Машкой удивлению, Климов едва не сразу же отложил гитару и пошел за ней.

Уф! Нам с Манюней так интересно стало, аж распирало. Но не ломанешься же всей толпой за ними в лес. Может, там Юлькина судьба решается. И Лешка скуксился, осознав, что к чему. Только много позже Юля для нас всю сцену, которая там, в лесу произошла между ними, воссоздала и рассказала, что к чему.

– Я просто шла, себе. Мне всё равно уже куда было, – выговорила Юлька.

Ей больно было. Просто оттого, что он признался в любви своей Ольге, и Юлька поняла, что это окончательно и бесповоротно. Она даже не смотрела на него толком в этот момент. И даже не поняла, почему вдруг он оказался рядом с ней в этом лесу. Просто кто-то резко схватил её за локоть и остановил.

– Ну, и почему ты сбежала? – выдохнул Никита и не дал ей вырваться, удержав за руку.

– Я не сбежала, я ушла, - с трудом выдавила из себя Юлька.

– Довольно трусливо.

Юлька психанула и дернулась.

– А что мне обязательно присутствовать, когда ты своей Тараньке серенады поешь? Без меня твои признания в любви не так эффектно выглядят?

– Ты хоть видела, кому я пел? – Никита притянул её к себе и заставил посмотреть в глаза. А их как раз у Юльки опять заволокло лишней влагой. Не видела, конечно. Да и какая к чёрту разница, если он с другой?!