***

Нас с Адель доставили на арену рано утром следующего дня. Посадили в карету, заперли внутри с несколькими стражниками. Повозка с грохотом покатилась по дороге, которая, несмотря на ранний час, уже была заполнена толпами людей. По мере приближения их становилось всё больше, и в какой-то момент двум гвардейцам пришлось выйти наружу и расчистить нам путь.

Сквозь занавешенные окна мы разглядывали арену. Выглядела она монументально, раз в пять больше той, что осталась в Академии. Впрочем, не удивительно, при таком-то скоплении людей, что прибыли посмотреть на это зрелище со всех концов Исария.

Оказывается, перед финальной схваткой в столицах других кланов открывались порталы, чтобы и другие желающие могли попасть сюда. Не удивлюсь, если и на этом тоже власть предержащие неплохо заработали.

Наконец, повозка пробралась сквозь толпу и въехала под одну из массивных арок, встроенных в стены арены. Нас остановили стражники, они заглянули внутрь, проверили документы, после чего пропустили дальше; и наша повозка покатилась по длинному коридору.

Мда, строение поражало размерами, наверняка не обошлось без лучших из лучших санкари и велуров, тех чьи способности далеки от боевых, зато они способны создавать такие шедевры зодчества. Война войной, но без таких мастеров мир был бы сер, уныл и в нём царила бы разруха. Боюсь даже представить, во сколько клану обошлась эта постройка.

Экипаж, наконец, остановился, и дверь распахнулась, открыв поджидающих Ойке и Кирэна. Первый привычно хмурился, а второй приятно улыбался.

– Жаль, что не сбежал, – сказал Ойке, когда мы оба спрыгнули вниз. – Следуйте за мной.

С этими словами он открыл одну из дверей в стене коридора и первым вошёл внутрь. Пройдя следом за ним мы оказались ещё в одном проходе, который заканчивался окованной металлом дверью. Ойке вытащил из кармана ключ, отпер её и без особых усилий распахнул.

Новое помещение оказалось весьма занимательным – мы очутились на нижнем ярусе арены, от манежа нас отделяла странно переливающаяся плёнка. Подойдя к ней я хотел постучать по ней пальцами, но вместо этого рука прошла насквозь.

– Если выйдешь, возвращаться придётся кружным путём, – остановил меня мастер, – эта иллюзия предназначена только для того, чтобы выпускать людей. Она прозрачна только с нашей стороны, а с той ты увидишь глухую каменную стену и пройти снаружи она тебе не даст. Лоб расшибёшь.

– Интересная задумка. Можно и за событиями на арене наблюдать и передохнуть, не привлекая внимания, – оценил я очередное творение вёлуров.

– Подожди, мы не уйдем, пока не закончатся состязания? – вмешалась Адель, подходя к нам. – Разве турнир не длится три дня?

– Угадала, оглянись, комната огромна и снабжена всем необходимым для комфортной жизни.

А ведь он прав. Сначала не обратил внимание, увлекшись видом на арену, но в помещении действительно есть всё что нужно: несколько кроватей у стены, стол со стульями и шкаф. Из главной комнаты вели несколько дверей, наверняка уборная с ванной и кладовка с припасами.

Перед иллюзорной плёнкой стояло несколько кушеток, с которых, наверно, моя команда будет наблюдать за состязаниями.

– Значит, остаёмся вчетвером на три дня? – спросила подруга.

– Нет. Только вы вдвоём. А пока Тинар соревнуется, ты одна, – ответил Ойке. – Кирэн будет приходить после завершения очередного этапа, для исцеления. В остальное время остаётесь наедине, приказ владычицы.

Новость меня изрядно удивила: Раука с пеной у рта кричала, что глаз с нас не спустит, а тут вдруг решила оставить в покое? При том, что всегда можно выйти на арену. Знать бы, что она задумала! Но вслух спросил другое:

– Как мне возвращаться?

– Вход и выход через меня, буду рядом. Если что-нибудь понадобится, за дверью будут дежурить несколько стражников. Состязания начнутся примерно через три часа. Когда распорядитель назовёт твоё имя – выходишь на арену и присоединяешься к остальным. Поскольку мы – принимающий клан, наш фаворит будет объявлен последним.

– А сам я не войду-не выйду? Зачем для этого ты?

– Без меня – нет, – сказал Ойке, вытаскивая из кармана странный артефакт в виде плоского куска металла с начертанными рунами.

В этот раз пленка оказалось прочной и словно каменной на ощупь. Теперь замысел Рауки стал немного яснее.

Ойке проделал малопонятные манипуляции с артефактом и стена снова стала прозрачной.

– Правила этапов объявит распорядитель перед началом состязаний. Удачи, и не вздумай проиграть! – сказал Ойке, выходя.

– Увидимся, – тепло улыбнулся Кирэн, слегка поклонившись, и тоже вышел из комнаты.

За дверью послышался шум запираемого засова, и мы снова остались вдвоём.