— Я был в ярости, — сказал Эллиот. — Вызвал сотрудников законопорядка, чтобы выяснить, что на самом деле произошло после сообщения Михаэлы о нападении. Оказалось, безопасник пошел поговорить с Брюсом и выяснил, что у того есть дюжина свидетелей, как в момент нападения он завтракал в местном общинном центре. Брюс сказал безопаснику, что ему пришлось выкинуть Михаэлу из команды, поскольку она устраивала проблемы. Якобы сестра все время придумывала такие истории. Он вел себя так очаровательно и убедительно, что безопасник решил заткнуть Михаэле рот и сказал, мол, носач прочитал разум Брюса.

— Вероятно, Брюс уговорил кого-то из серфингистов запереть Михаэлу на складе, сказал, что это шутка и что сам выпустит ее через несколько минут, — предположил Лукас.

— Мы тоже так подумали, — согласился Эллиот. — Я хотел добиться, чтобы силы законопорядка занялись Брюсом, но в первую очередь должен был обеспечить безопасность Михаэлы. Очевидно, что Брюс помешался на мести.

— Результаты лотереи Михаэлы уже опубликовали, — сказала Паула. — Мы боялись, что Брюс увидит их и отреагирует новым нападением.

— Наша делегация готовилась к вылету в улей Генекс, — подхватил Эллиот. — И я решил отослать Михаэлу с ними, чтобы удостовериться, что она в полной безопасности.

— Срочность миссии и продолжительность путешествия означали, что самолет вылетал в полночь, — сказала Михаэла. — У меня оставалось меньше двух часов, чтобы одолжить у сестер подходящую одежду, сложить вещи и добраться до ангара. В последнюю минуту я вспомнила, что должна рассказать семье о руководстве «Синим подъемом».

Она помолчала.

— Я знала, что инфовизоры из базы данных командира игры уже должны разрядиться, но мне не нравилась мысль оставлять их в своей комнате на недели или месяцы своего отсутствия. Я сказала братьям и сестрам, что база лежит у меня в контейнере, дала им дверной код и попросила удостовериться, что она уничтожена.

Эллиот подавленно вздохнул.

— Как только Михаэла вылетела в Генекс, мы с Паулой быстро переговорили. Решили, что следующим утром я позвоню в телепатическое подразделение и попрошу телепата проверить разум Брюса, а Паула займется базой данных «Синего подъема».

— Если бы вы позвонили в отряд телепата, Брюса арестовали бы еще несколько месяцев назад, — упрекнул Лукас. — Мы уже поняли, что Брюс украл базу данных командира игр, пока Михаэла проходила лотерейное тестирование. Предположительно, Паула обнаружила отсутствие инфовизоров, когда пришла в комнату Михаэлы, а Брюс с тех пор шантажирует вас ими.

Эллиот кивнул.

— Но почему вы уступили шантажу? — спросил Лукас. — Как могла база данных создать для вас такую угрозу? Михаэла хранила в инфовизорах какую-то важную секретную информацию?

— Нет, проблема была именно в том, что Брюс угрожал сообщить в силы законопорядка об участии Михаэлы в «Синем подъеме», — ответил Эллиот.

— Вы наверняка знали, что ее за это не арестуют, — сказал Лукас.

— О, все мы в курсе, что управление хорошо организованной подростковой игрой лишь технически незаконно, — подтвердил Эллиот. — Но безопасники должны сохранить записи о доносе Брюса.

— И в чем трудность? — удивленно спросила я. — Похоже, большинство людей в моем отряде в прошлом играли или вели подростковые игры. Лукас и сам был командиром, и даже мой старший администратор доверилась нам, что дважды получала ранг полковника. Я понимаю, в политике улья все может быть иначе, но неужели публичное разоблачение, что Михаэла вела подростковую игру, действительно разрушило бы ее карьеру и причинило проблемы всем вам?

— Это вызвало бы некоторую неловкость, — сказала Михаэла. — В основном, потому что кому-то пришлось бы вынести мне официальное порицание за прежнее недостойное поведение на подростковом уровне и предупреждение не повторять подобного в будущем.

— И этим «кем-то» должен быть сам Эллиот, — прибавила Паула. — Несправедливо было бы просить кого-то вынести официальное порицание обожаемой младшей сестренке главы политики улья.

— Но это не помешало бы карьере Михаэлы, — заметил Деклан. — Никто не воспринимает всерьез порицание за подростковое поведение. Это лишь формальность, позволяющая подтвердить, что люди, прошедшие лотерею, понимают: как первые лица улья они должны вести себя осторожнее. Эллиот и сам получал порицание, когда начинал работать в службе политики, но оно не помешало ему достичь высшего поста.

— Так почему вы поддались на шантаж Брюса, раз он не мог повредить вашим карьерам? — спросил Лукас.

— Мы уступили Брюсу не потому, что он мог повредить нашим карьерам, а потому, что это нанесло бы вред улью, — объяснил Эллиот. ягзшуз — Как только наша делегация прибыла в Генекс, начались политические осложнения.

Глава 36

— Как только самолет с нашими дипломатами приземлился, мы получили сообщение от инспекционной группы Организации объединенных ульев, — сказала Михаэла. — Они только что обнаружили, что попытка Генекса похитить Эмбер стала четвертым подобным нападением на наш улей. Первые три покушения привели к похищению менее ценных граждан.