Мать Калеба ответила на вопрос, прежде чем сын успел заговорить.

— Ты сказал, что не нужно приводить тебя домой. И в следующий раз придешь сам.

— А мы сказали, что следующего раза не будет, — прибавил отец Калеба. — И ты останешься в домашней зоне, как и любой другой ребенок.

— Но на следующий день ты снова ушел, — вновь заговорила мать Калеба. — С возрастом ты становился все хуже и хуже, но дать себя подстрелить… Ты совсем не думаешь о родителях?

Калеб радостно улыбнулся двум людям, чья одежда свидетельствовала, что они живут почти на самом дне улья.

— Вы знаете, что я вас очень люблю.

Женщина тут же с осуждением наставила на него палец.

— Не смей мне так улыбаться. Почему ты не можешь больше походить на своего старшего брата? Он никогда не причинял нам проблем в детстве, прекрасно вел себя подростком и вышел из лотереи уважаемым строительным рабочим восемьдесят девятого уровня.

«…так смущены, что я вышел из лотереи сотрудником первого уровня, что не решались со мной поговорить. Я терял надежду, а стена между нами с каждым днем становилась все выше. Я так боялся новогодних праздников, думал, это будет конец всему…»

«Но сейчас они здесь, и все как в старые добрые времена: мама с папой распекают меня и называют брата блестящим примером…»

«…хорошо. Все будет хорошо. В итоге, все будет хорошо».

Я разорвала связь с его разумом и улыбнулась Кристе.

— Можешь позволить родителям Калеба остаться на целый час. Между ними все хорошо, и он действительно счастлив.

Я помолчала.

— Когда родители Калеба уйдут, пожалуйста, скажи ему, что я заходила. Передай, я не хотела прерывать его встречу с семьей, но рада, что он сможет без проблем пойти домой на праздники.

Криста кивнула.

— Пойду навещу Илая, — решила я.

— Возможно, ты не захочешь мешать и ему, — доверительно сказала Криста. — У него Телин.

Я поморщилась.

— В какой они комнате?

Криста ткнула большим пальцем в ближайшую дверь. Я поспешно открыла ее, зашла внутрь и увидела Телин, сидящую у кровати Илая. Он повернулся посмотреть, кто пришел, и бросил на меня отчаянно молящий взгляд.

— Могу я перекинуться с тобой словечком, Телин? — попросила я.

Она нахмурилась, встала и неохотно вышла за мной из комнаты.

— Ничего не выйдет, — мягко сказала я. — Но тобой могут заинтересоваться другие ударники.

— Мне нравится Илай, — ответила Телин. — У нас много общего. Мы оба пережили повреждение ноги.

— Ничего не выйдет, — повторила я. — Мне известно, что ты специалист по нападению и в твоей природе продолжать искать пути к победе, но в этом случае их нет.

— В чем проблема? — спросила Телин.

— Я не могу рассказывать тебе секреты Илая, — сказала я. — Но все, что ты сделаешь, приведет лишь к конфузу для вас обоих.

Она охнула.

— Когда телепат говорит тебе, что ты преследуешь ложную цель, остается только смириться.

Телин повернулась и ушла по коридору, а я вновь зашла в комнату Илая.

— Телин признала поражение.

— Я так благодарен, — отозвался Илай. — Она милая девушка, но настолько энергичная, что утомительно просто находиться с ней в одной комнате.

— Знаю, она абсолютно тебе не подходит, — сочувственно сказала я.

— Телин без устали твердит, что мне надо все обдумать, — устало проговорил Илай. — А расслабляющая беседа в ее понимании — обсуждение системного анализа «Синего подъема». Я не могу понять и половины того, что она говорит. Думаю, ты все время испытываешь такое с Лукасом. Как же справляешься?

Я рассмеялась.

— Лукас немного помешан на работе, но у меня есть преимущество — способность читать разум помогает мне его понять.

Илай признательно хмыкнул, и я увидела, что его веки опускаются.

— Дам тебе отдохнуть, — мягко сказала я. — Если Телин вновь будет докучать или тебе что-нибудь понадобится, сразу зови меня.

Илай опять хмыкнул, и его глаза закрылись. Я на цыпочках вышла из комнаты, предупредила Кристу, что Илай спит, и покинула медицинский отсек. Нельзя больше было выдумывать отговорки и откладывать разговор с родителями и братом, поэтому я направилась в квартиру, где они остановились.

Родители открыли дверь и провели меня в гостиную. Мы все сели.

— Грегас, твоя сестра здесь! — крикнул папа.

Последовала долгая пауза.

— Боюсь, Грегас сейчас не очень общителен, — сказала мама.

Я улыбнулась.

— Он необщителен со своего двенадцатого дня рождения.

— Да, но с тех пор, как мы оказались в твоем отделе, он стал еще хуже, — заметил папа. — Грегасу не нравится делить квартиру с нами, поэтому он на весь день закрывается у себя в спальне.

— Если он усложняет вам жизнь, я могу попросить Меган выделить ему собственные апартаменты, — предложила я.