Ричард, Кэлен и Дрефан подошли к Лили. Кэлен, присев на корточки, завела с девочкой разговор о том, какая у нее славная кукла, чтобы ребенок не испугался Ричарда с Дрефаном. Лили весело чирикала, но на мужчин посматривала с опаской. Кэлен обняла Ричарда за талию, показывая этим, что его не нужно бояться. Ричард заставил себя улыбнуться.

— Лили, — с напускной жизнерадостностью обратился к девочке Дрефан, — ты не покажешь мне болячки у твоей куклы?

Лили перевернула куклу вверх ногами и показала точки на внутренней стороне бедер:

— У нее бобоки тут, тут и тут, — и посмотрела на Дрефана большими глазами.

— А они у нее болят?

Лили кивнула.

— Она говорит «ой», когда я их трогаю.

— Правда? Что ж, это плохо. Впрочем, готов поспорить, что скоро ей станет лучше. — Присев на корточки, он обнял Кэлен за талию и заставил присесть рядом. — Лили, это моя подруга. Ее зовут Кэлен. Но она не очень хорошо видит и не может разглядеть болячки у твоей куклы. Ты не могла бы показать ей те, что у тебя на ножках?

Надина по-прежнему разговаривала с матерью о старшей девочке. Лили посмотрела на них.

Кэлен отбросила малышке волосы со лба и еще раз похвалила ее куколку. Лили просияла. Длинные волосы Кэлен ее совершенно очаровали. Кэлен разрешила ей их потрогать.

— Можешь мне показать болячки у тебя на ножках? — спросила Кэлен.

Лили задрала белую ночную рубашку.

— Вот, они такие же, как бобоки у моей куклы.

На внутренней стороне бедер девочки виднелись несколько темных точек размером с монетку. Когда Дрефан осторожно коснулся их, Ричард понял, что они твердые, как мозоли. Кэлен поправила Лили рубашку и натянула ей на колени простыню. Дрефан сказал, что она хорошая девочка, а бобоки ее куклы к утру пройдут.

— Вот и хорошо, — ответила Лили. — А то ей это совсем не нравится.

Эрлинг с отсутствующим видом строгал заготовку. Ричард видел, что он не смотрит, что делает, и уже загубил деталь. Когда они спускались по лестнице, он не поднял глаз. По настоянию Ричарда Клайв остался наверху с женой и дочерьми.

— У них то самое? — хрипло спросил Эрлинг.

— Боюсь, что так. — Дрефан положил руку старику на плечо.

Эрлинг сделал неверное движение и испортил стул окончательно.

— В молодости я жил в Спарвиле. Однажды летом пришла чума. И унесла жизнь многих людей. Я надеялся, что никогда больше не увижу такого.

— Я понимаю, — мягко проговорил Дрефан. — Мне тоже доводилось видеть, как она обрушивается на города.

— Они мои единственные внучки. Как им помочь?

— Вы можете попробовать окурить дом, — предложил Дрефан.

— Мы делали так в Спарвиле, — хмыкнул Эрлинг. — Люди покупали лекарства и всякие травы. Но толку никакого, все равно мерли.

— Я знаю, — кивнул Дрефан. — Хотел бы я вам помочь, но я никогда не слышал о надежном средстве. Если в молодости вам что-то, по вашему мнению, помогло уберечься, попробуйте это. К тому же я не знаю всех способов лечения. В худшем случае вреда от этого не будет, а в лучшем может и помочь.

Эрлинг отложил рубанок.

— Некоторые летом топили в домах печи, чтобы выгнать болезнь с потом. Другие, наоборот, говорили, что у них от зноя слишком разогрелась кровь, и обмахивали больных. Вы бы что из этого посоветовали?

— Простите, но я просто не знаю, — покачал головой Дрефан. — Я слышал, люди выздоравливали, попробовав оба способа, — но другие умирали, тоже применив и тот, и другой. Некоторые вещи нам неподвластны. Никто не может остановить Владетеля, когда он приходит.

Эрлинг потер подбородок.

— Я буду молить добрых духов, чтобы они уберегли девочек. — Его голос сорвался. — Они слишком добрые и чистые, чтобы Владетель их уже коснулся. Они принесли столько радости в этот дом!

Дрефан снова положил руку Эрлингу на плечо.

— Мне очень жаль, мастер Андерсон, но у Лили на теле пятна.

Эрлинг ахнул и вцепился в верстак. Дрефан был к этому готов и подхватил его, когда у старика подкосились ноги. Он помог Эрлингу сесть на резной стул.

Кэлен уткнулась Ричарду в грудь, когда Эрлинг закрыл руками залитое слезами лицо. Ричард оцепенел.

— Деда, что случилось? — раздался сверху голос Дарби.

Эрлинг выпрямился.

— Ничего, мальчик. Я просто беспокоюсь за твоих сестричек, вот и все. Старики, знаешь ли, становятся глупыми, только и всего.

Дарби скатился вниз по лестнице.

— Йоник, мне правда очень жаль Кипа. Если твоему па что-то нужно, я уверен, что мой па отпустит меня к вам.

Йоник кивнул. Он тоже казался каким-то отрешенным.

Ричард присел на корточки перед мальчиками.

— Никто из вас ничего странного не заметил во время игры?