Закончив обмазывать Кэлен глиной, Птичий Человек ввел ее внутрь. Шесть старейшин сидели вокруг черепов предков, разложенных в центре. Птичий Человек сел на свое место, скрестив ноги. Кэлен села напротив него, справа от своего старого друга Савидлина. Она не говорила с ним; он тоже пребывал в трансе и видел духа, которого Кэлен видеть пока не могла.

За спиной у нее стояла корзина. Кэлен нерешительно протянула руку, вынула из корзины красную лягушку и потерла ею единственный свободный от глины круг у себя на груди.

От слизи лягушки кожу сразу начало покалывать. Кэлен бросила лягушку в корзину и взялась за руки со старейшинами. Как и раньше, она почувствовала, что ее словно затягивает в какой-то водоворот — водоворот теней, звуков и запахов.

Комната закружилась, и черепа закружились вместе с ней. Время исчезло, словно в сильфиде, только здесь это было не приятное, а, наоборот, мучительное ощущение.

А потом появился дух.

Его светящийся силуэт возник перед Кэлен, и она не заметила, откуда он появился. Он просто был там.

— Дедушка, — прошептала она на языке людей Тины.

Чандален сказал, что его дедушка явился на сборище, но Кэлен и так узнала бы его: он стал ее защитником, и она чувствовала с ним глубинную связь.

— Дитя, — дух говорил устами Птичьего Человека, и неземной звук его голоса пронизывал Кэлен насквозь, — спасибо, что откликнулась на мою просьбу.

— Что дух нашего предка желает от меня?

Губы Птичьего Человека задвигались.

— То, что доверено нам, было осквернено.

— Доверено вам? Что вам было доверено?

— Храм Ветров.

Кэлен покрылась гусиной кожей.

Доверен духам? Но мир духов — это подземный мир, мир мертвых. Как можно храм, построенный из камня, отправить в подземный мир?

— Храм Ветров находится в мире духов?

— Храм Ветров существует частично в мире мертвых и частично в мире живых. Он существует в обоих местах, обоих мирах, сразу.

— Оба места, оба мира, сразу? Как же такое возможно?

Мерцающий силуэт, похожий на тень, сотканную из света, поднял руку.

— Дерево — существо почвы, подобно червям, или оно — существо воздуха, подобно птицам?

Кэлен предпочла бы ответить просто, но она знала, какой ответ нужен духу.

— Почтенный дедушка, я полагаю, что дерево не имеет одного мира, но существует в обоих.

Дух, казалось, улыбнулся.

— Так же и Храм Ветров, дитя, — сказал он устами Птичьего Человека.

Кэлен наклонилась вперед.

— Вы хотите сказать, что Храм Ветров подобен дереву, с корнями в этом мире и ветвями в вашем?

— Он существует в обоих мирах.

— А в этом мире, в мире жизни, где именно?

— Где был всегда, на Горе Четырех Ветров. Вам она известна как гора Киммермосст.

— Гора Киммермосст, — повторила Кэлен. — Почтенный дедушка, я была там. Храма Ветров больше там нет. Он исчез оттуда.

— Вы должны найти его.

— Найти? Может быть, он там и был, но теперь эта часть горы обвалилась. Храм исчез, остались только развалины служебных зданий. Искать уже нечего. Мне очень жаль, почтенный дедушка, но в нашем мире корни умерли и разрушились.

Дух молчал. Кэлен испугалась, что он разгневался.

— Дитя, — вдруг сказал дух, но не через Птичьего Человека. Голос шел от него самого, и звук его причинял нестерпимую боль. Кэлен чувствовала, будто ее плоть отделяется от костей. — Одна вещь была украдена у ветров и взята в ваш мир. Вы должны помочь Ричарду, или всей моей крови в вашем мире, всем нашим людям, придет конец.

Кэлен сглотнула. Как можно что-то украсть из мира духов, из мира мертвых, и вернуть в мир живых?

— Вы можете мне помочь? Вы можете сказать что-нибудь, что помогло бы мне найти Храм Ветров?

— Я позвал тебя не для того, чтобы сказать, как найти ветры. Путь ветров идет с луной. Я позвал тебя, чтобы показать, что случится с вашим миром, если то, что должно быть сделано, сделано не будет.

Дух воздел руки. Мягкий свет полился от них, и Кэлен увидела.