— Нет.

Джегань не понимал, что творит. Чума могла убить его с такой же легкостью, как всех остальных.

— Она уже началась в других местах?

Сияние духа угасало, как свет лампы, в которой кончилось масло.

— Да, — прошелестел едва слышный шепот.

А они надеялись, что сумеют ограничить чуму Эйдиндрилом. Пустые надежды! Все Срединные Земли, весь Новый мир будет охвачен пожаром, зажженным от той искорки магии из Храма Ветров.

Вдалеке, в подземном мире, Кэлен услышала мягкое эхо смеха другого духа. От злорадного хихиканья у нее по коже пробежал мороз.

Кэлен очнулась. Старейшины стояли вокруг нее. Старейшина Брегиндерин наклонился и подал ей руку, чтобы помочь встать.

Взяв его руку, она увидела под глиной предательские пятна у него на ногах. Она посмотрела в его улыбающееся лицо. К закату он будет мертв.

Савидлин протянул ей одежду. Кэлен, несмотря на грязь, внезапно почувствовала себя голой. Она поспешно натянула штаны, в то же время упрекая себя за то, что беспокоится о таких пустяках перед лицом надвигающейся катастрофы.

— Спасибо тебе, что ты пришла, Мать-Исповедница, — сказал Птичий Человек. — Мы знаем, что это возвращение домой не такое радостное, о каком мы все мы мечтали.

— Нет, — прошептала Кэлен, — нет. Мое сердце поет, потому что я снова вижу своих людей, но песня отягощена печалью. Вы знаете, почтенные старейшины, что и Ричард, и я сделаем то, что должны. Мы не сомкнем глаз, пока не остановим болезнь.

— Вы думаете, что сможете остановить чуму? — спросил Сурин.

Кэлен уже застегнула рубашку. Савидлин положил руку ей на плечо.

— Мать-Исповедница и Ричард-с-Характером помогали нам раньше. Мы знаем их сердца. Наш предок сказал, что это чума, вызванная магией. Мать-Исповедница и Искатель тоже владеют большой магией. Они будут делать то, что должны.

— Савидлин прав. Мы будем делать то, что должны.

Савидлин улыбнулся ей.

— А потом, когда вы покончите с этой напастью, вы вернетесь домой, к своим людям, как собирались? Моя жена, Везелэн, желает видеть свою подругу, Мать-Исповедницу, одетую в платье, которое она для нее сшила.

Кэлен проглотила собственный крик.

— Ничто не доставит мне большей радости, чем увидеть своих людей здоровыми и счастливыми.

— Ты друг всем нашим людям, дитя, — сказал Птичий Человек. — Мы ждем свадьбы, когда вы закончите с духами и магией.

Кэлен оглядела старейшин. Она не думала, что эти люди вместе с ней видели картину смерти и представляют себе истинную природу эпидемии, которая обрушилась на них. У них бывали повальные приступы лихорадки, но они никогда не слышали о чуме.

— Почтенные старейшины, если мы не справимся… если мы…

Ее голос сломался. Птичий Человек пришел ей на выручку:

— Если вам суждено не добиться успеха, дитя, мы знаем, что это будет не потому, что вы не сделали все, что могли. Если есть путь, вы найдете его. Мы верим в вас.

— Спасибо, — прошептала Кэлен.

Слезы вновь затуманили ей глаза. Она заставила себя высоко держать голову. Она только зря испугала бы этих людей, если бы показала им свои страхи.

— Кэлен, ты должна выйти замуж за Ричарда-с-Характером. — Птичий Человек тихо хихикнул. — Он избежал свадьбы с женщиной Племени Тины, но я все равно добьюсь своего. Ты — женщина Тины. Он женится на женщине Тины.

Кэлен не нашла в себе сил ответить ему улыбкой.

— Ты останешься до утра? — спросил Савидлин. — Везелэн будет рада тебя увидеть.

— Простите меня, почтенные старейшины, но, если я хочу спасти наших людей, я должна возвращаться немедленно и рассказать Ричарду, что мне удалось узнать с вашей помощью.

Женщина ступила из дверного проема на узкую пустынную улицу. Он был вынужден остановиться, чтобы не столкнуться с ней. Под платьем у нее ничего не было, и он видел, как затвердели от холода ее соски.

Она решила, что его улыбка предназначена ей; это было не так. Всего лишь забава, которая выпала ему тогда, когда он меньше всего этого ждал. Наверное, у него такая природа, что с ним постоянно такое случается.

Но, ждал он этого или нет, он всегда был готов повернуть события в своих интересах.