— Ричард, это разные вещи.

Он опустился на одно колено.

— Кэлен, я плоть от плоти моей матери, как ты — плоть от плоти своей. Это единственная связь плоти, которая есть у человека в этой жизни. — Он приложил руку к груди. — После этого мы соединяемся только здесь. Мы можем быть связаны только в наших сердцах. Ты не отдавала ему свое сердце. Оно было только моим. Ветры, духи заставили тебя заплатить цену. Ты хотела жить с тем немногим, что у тебя осталось. Ты хотела быть человеком. Ты боролась за жизнь. Ты просто получила радость, на которую имела право. Ты не моя рабыня. И мне нечего тебе прощать. Ты никогда не предавала меня в своем сердце.

Кэлен чувствовала, что вся дрожит.

— Ты ранил меня, Ричард. Я думала, что мое сердце в безопасности рядом с тобой, а ты ушел от меня. Ты обещал, что будешь любить меня вечно, но даже не дал мне попробовать объяснить.

— Я знаю, — прошептал он.

Его второе колено коснулось пола. Он склонил голову.

— Именно поэтому я вернулся. Я вернулся, чтобы попросить твоего прощения. Я был неправ. Я причинил тебе боль. Это я предал наши сердца, не ты. Это самый ужасный грех, который я мог совершить, и я один в нем виновен. Мне нет оправдания. Я не могу исправить то, что я сделал. Я ранил твое сердце и у твоих ног молю о прощении. Я не заслуживаю его и не могу его просить; я могу только молить.

Он встал на колени у ее ног. Она возвышалась над ним.

— Ты простишь меня, Ричард?

— В моем сердце есть только любовь, пусть даже мы не можем быть вместе. Хотя я свободен от клятвы, но ты — нет, и я должен уважать это. Но я никогда не буду любить никого, кроме тебя. Если твое сердце желает этого, я прощаю тебя. Пожалуйста, Кэлен, все, что мне нужно в этой жизни, это твое прощение, если ты даруешь его мне.

Если несколько мгновений назад она сомневалась в своих истинных чувствах к Ричарду, то теперь от сомнений не осталось следа.

Кэлен опустилась перед ним, взяла за плечи и заставила поднять голову.

— Я прощаю тебя, Ричард. Всем сердцем я люблю тебя и прощаю.

Он улыбнулся грустной улыбкой.

— Спасибо.

Ее сердце ожило, и пустоту в ее душе заполнила радость.

— На церемонии я сказала вслух то, что они требовали, но в моем сердце я поклялась тебе.

Ричард вытер слезу с ее щеки.

— Я сделал то же самое.

Она сжала его руки.

— Ричард, что же мы будем делать теперь?

— Нам нечего делать. Ты связана клятвой с Дрефаном.

Она коснулась пальцами его лица.

— А что насчет тебя? Насчет нас с тобой?

Его улыбка пропала. Он покачал головой.

— Это не имеет значения. Я получил то, в чем нуждался, то, ради чего вернулся. Ты вернула мне мое сердце.

— Но все равно с этим надо что-то решать. И не только с этим, но есть еще одно дело, не терпящее отлагательства. Дрефан хочет увести армию в Д’Хару и сражаться с Орденом там.

В глазах Ричарда сверкнул гнев.

— Нет! Не позволяй ему сделать это, Кэлен. Джегань проглотит Новый мир по кусочкам, и Д’Хара будет последним. Обещай мне, что ты не допустишь этого.

— Я не должна обещать. Ты — магистр Рал. Ты можешь положить этому конец прямо сейчас. Я Мать-Исповедница. Мы сделаем это вместе.

— Ты должна это сделать, Кэлен. Я не могу тебе помогать.

— Но почему? Ты вернулся. Все образуется. Мы подумаем и найдем способ. Ты Искатель, у тебя это хорошо получается.

— Я умираю.

Ледяная игла пронзила ее.

— Как? Что… что это значит? Ричард, ты не можешь умереть, только не теперь. Не после… Нет, Ричард, нет! Ты вернулся. Все будет хорошо…

Она видела боль в его глазах и поняла, что он опустился на колени еще и потому, что не мог стоять.

— Мне пришлось заплатить духам пошлину, чтобы вернуться.

Он закашлялся и вздрогнул от боли. Кэлен сжала его в объятиях.

— Что это значит? Какая пошлина?

— Там, в Храме Ветров, я узнал обо всем. Я понял свой дар. Я мог им владеть. С его помощью я прекратил чуму. Я оборвал поток магии от ветров, который позволял книге воздействовать на наш мир.

— Ты хочешь сказать, что больше не знаешь, как это делать? Ты хочешь сказать, что чума вернется?

Он поднял руку.

— Нет, чума не вернется. Но знания у меня были отняты.

— Но… То есть ты сейчас такой, каким был раньше?

— Нет. От меня потребовали больше. Чтобы вернуться, я должен был вобрать в себя магию украденной книги, чтобы она никогда уже не влияла на наш мир.

— Что? — Кэлен задохнулась. — Это значит…

— У меня чума.

Она положила руку ему на лоб. Он пылал.