Она упала ничком и замолотила кулаками по каменному полу.

— Я не могу вспомнить слова! Я не могу!

Кара обняла Кэлен за талию и заставила сесть.

— Успокойся. Отдышись. Хорошо. Теперь представь себе этого человека, Натана. Представь, как он говорит тебе эти слова, и постарайся снова услышать их.

Кэлен представила себе Натана. Она так старалась, что ей хотелось кричать.

— Я не могу вспомнить, — зарыдала она. — Ричард умрет, потому что я не могу вспомнить три глупых слова. Я не могу вспомнить эти три колокольчика.

— Три колокольчика? — переспросила Кара. — Ты имеешь в виду реехани, сентраши, вази? Эти три колокольчика?

Кэлен уставилась на нее в изумлении.

— Это они. Три колокольчика. Реехани, сентраши, вази. Реехани! Сентраши! Вази! Я вспомнила! Спасибо, Кара, я вспомнила! — Кэлен взяла из мешочка черную песчинку и на всякий случай еще раз произнесла: — Реехани, сентраши, вази!

И бросила песчинку на страницу.

Они с Карой затаили дыхание.

Послышался нарастающий гул. Воздух затрепетал и вспыхнул всеми цветами радуги. Переливы цвета становились все ярче по мере того как нарастал гул, и наконец Кэлен пришлось отвернуть лицо от книги.

Лучи света пронеслись по каменным стенам. Кара заслонила лицо рукой. И Кэлен последовала ее примеру: свет был таким ярким, что на него невозможно было смотреть.

А потом начала сгущаться темнота, такая же черная, как ночной камень или обложка книги. И этот мрак поглотил свет и вернул его обратно в книгу.

В этой непроглядной тьме послышались такие ужасные стоны, что Кэлен возблагодарила духов, что не видит тех, кто их исторгает. Вопли душ заполнили комнату и заклубились во мраке — неистовые, ужасные, отчаянные.

Послышался отдаленный смех, так хорошо знакомый Кэлен, и потонул в вопле, который унесся в вечность.

Когда снова загорелись свечи, на том месте, где лежала книга, осталась лишь кучка пепла.

Кэлен и Кара бросились к Ричарду. Он открыл глаза. Он по-прежнему выглядел очень плохо, но по крайней мере пришел в сознание. Дыхание его стало глубже и ровнее.

— Что это было? — спросил он. — Я могу дышать. У меня не раскалывается от боли голова.

— Мать-Исповедница вас спасла, — объявила Кара, — ибо, как я уже вам говорила, женщины сильнее мужчин.

— Кара, — прошептала Кэлен, — откуда ты знаешь эти три колокольчика?

Кара пожала плечами.

— Легат Риши знал их от ветров. Когда ты сказала «три колокольчика», они просто всплыли у меня в голове, так же как я принимала другие послания от ветров.

Кэлен прижалась лбом к плечу Кары, молча выражая ей свою безмерную благодарность. Кара так же молча погладила ее по спине в знак сочувствия.

Ричард моргнул и потряс головой, словно отгоняя наваждение. Когда он сел, Кэлен наклонилась, чтобы обнять его, но Кара ее удержала.

— Пожалуйста, Мать-Исповедница, можно я первая? Я боюсь, что, если ты начнешь, я уже не дождусь своей очереди.

Кэлен улыбнулась.

— Ты права. Давай.

Кара обвила руками шею Ричарда и начала шептать ему на ухо что-то проникновенное, а Кэлен встала и подошла к сильфиде.

— Даже не знаю, как благодарить тебя, сильфида. Ты спасла Ричарда. Ты наш друг, и я в долгу у тебя до конца жизни.

Серебристое лицо осветилось довольной улыбкой. Она посмотрела вниз на тело Дрефана.

— У него не было магии, но его талант помог ему остановить кровь. Он мог успеть убить хозяина. Если тот, кто лишен магии, вдохнет меня, он умрет. Я была довольна путешествовать с ним, путешествовать в мир мертвых.

Ричард поднялся на непослушных ногах и обнял Кэлен за талию.

— Сильфида, прими и мою благодарность. Не знаю, что я могу для тебя сделать, но, если это будет в моих силах, тебе стоит лишь попросить.

Сильфида опять улыбнулась.

— Благодарю вас, хозяин. Я была бы рада путешествовать с вами. Вы останетесь довольны.

Даже несмотря на то что он нетвердо стоял на ногах, глаза Ричарда загорелись.

— Да, мы хотели бы путешествовать. Сначала мне нужно отдохнуть и восстановить силы, а потом мы отправимся в путешествие, я тебе обещаю.

Кэлен взяла Кару за руку.

— Ты в порядке? Я имею в виду — у тебя действительно все хорошо… Все?

Кара кивнула; во взгляде ее мелькнула тень пережитого ужаса.

— Призраки прошлого еще не оставили меня, но со мной все хорошо. Спасибо, сестра, что помогла мне. Не часто морд-сит зависит от чьей-то помощи, но с таким магистром Ралом, как Ричард, и с такой Матерью-Исповедницей, как ты, похоже, возможно все.