Брови кузнеца недружелюбно насупились.

— Нет.

— Нарев с Нилом прознали о штрафе. И считают, что я слишком легко отделался. Они приказали мне изваять эту самую статую — как Приске отлить бронзу — в качестве епитимьи. Я должен сам приобрести камень и работать с ним после дневных трудов на стройке. Они хотят, чтобы она была готова к зимнему освящению Убежища.

Виктор поглядел на стоящую на полке модель, как на какого-то монстра, пришедшего по его душу.

— Ричард, ты же знаешь, что значит для меня этот камень. Я не…

— Виктор, послушай…

— Нет, — выставил руку Виктор. — Не проси меня об этом. Я не хочу, чтобы этот камень превратился в уродство, как и все, к чему прикасается Орден. Я этого не допущу.

— Как и я.

— Вот, что тебе предстоит изваять! — сердито ткнул Виктор в модель. — Да как ты вообще можешь думать об этом убожестве, посещая мой прекрасный камень?!

— Не могу.

Ричард спустил гипсовую модель на пол. Взяв большой молот, стоявший у стены, он могучим ударом разнес кошмарище на тысячи осколков. И принялся наблюдать, как белая пыль медленно выплывает за порог и летит вниз по холму к Убежищу, как какой-то злой дух, возвращающийся в подземный мир.

— Виктор, продай мне твой камень. Позволь мне высвободить скрывающуюся в нем красоту.

Виктор недоверчиво прищурился.

— В камне есть изъян. Трещина. Из него нельзя ничего изваять.

— Я об этом думал. И нашел способ. Я знаю, что могу это сделать.

Виктор коснулся камня, словно утешая расстроенную возлюбленную.

— Виктор, ты меня знаешь. Разве я хоть раз подставил тебя? Хоть раз обидел?

— Нет, Ричард, никогда, — тихо проговорил кузнец.

— Виктор, мне необходим этот камень. Это самый лучший образец мрамора. Он, как никакой другой, принимает и отражает свет. И он такой зернистости, что позволяет делать мелкие детали. Для этой статуи мне нужен самый лучший. Клянусь, Виктор, если ты мне доверишь его, я не подведу тебя. Я ни за что не предам твой любви к этому камню, клянусь!

Кузнец ласково провел широкой мозолистой ладонью по камню, чуть ли не вдвое возвышавшемуся над ним.

— А если ты откажешься ваять для них статую?

— Нил сказал, что тогда меня отправят назад в тюрьму и продержат, пока я не сознаюсь или не умру под пытками. Я окажусь похороненным в небе ни за грош.

— А если ты вместо этого, — Виктор ткнул в осколки модели, — сделаешь то, что хочешь, а не то, что желают они?

— Может, мне хочется перед смертью снова увидеть красоту.

— Ба! Что ты изваяешь? Что увидишь перед смертью? Что может стоить твоей жизни?..

— Величие человека — самая высшая форма красоты.

Рука кузнеца застыла на камне, он пристально поглядел Ричарду в глаза, но промолчал.

— Виктор, мне нужна твоя помощь. Я ничего не прошу даром. Я дам тебе твою цену. Назови ее.

Виктор окинул камень любящим взглядом.

— Десять золотых марок, — с храброй уверенностью заявил он, зная, что денег у Ричарда нет.

Ричард полез в карман и отсчитал десять золотых. Он протянул деньги Виктору. Кузнец нахмурился.

— Откуда у тебя такие деньги?

— Заработал. Заработал, помогая Ордену строить этот их дворец. Помнишь?

— Но ведь они забрали все твои деньги! Никки сказала им, сколько у тебя есть, и они забрали все.

— Ты ведь не думаешь, что я настолько глуп, чтобы держать все свои деньги в одном месте, а? — хитро прищурился Ричард. — Да у меня там повсюду золото распихано. Если этого мало, я заплачу тебе столько, сколько запросишь.

Ричард знал, что камень ценный, хотя и не стоит десяти марок, но это ведь Виктор, поэтому Ричард и не спорил насчет цены. Он готов был заплатить любую сумму.

— Я не могу взять у тебя деньги, Ричард. — Кузнец решительно махнул рукой. — Я не умею ваять. Это была всего лишь мечта. Поскольку ваять я не умею, то все, что я мог, это мечтать, представляя себе красоту, запрятанную в этом камне. Он с моей родины, где когда-то царила свобода. — Он ласково погладил мрамор. — Это благородный камень. Мне бы хотелось увидеть сделанное из этого каватурского мрамора величие. Ты можешь взять его, мой друг.

— Нет, Виктор, я не хочу отнимать у тебя мечту. Наоборот, я хочу некоторым образом осуществить ее. Я не могу принять это в подарок. Я хочу купить его.

— Но почему?

— Потому что мне придется отдать его Ордену. Я не хочу, чтобы ты отдавал это Ордену. А мне придется это сделать. Более того, они наверняка захотят уничтожить статую. И она должна принадлежать мне, когда они это сделают. Я хочу заплатить тебе за мрамор.

— Значит, десять марок, — протянул руку Виктор. Ричард вложил ему в руку десять марок и зажал ему в ладони.

— Спасибо, Виктор, — прошептал он.

— Куда тебе его доставить? — ухмыльнулся Виктор. Ричард протянул еще один золотой.