У внешних ворот Ричард не остановился, но лишь кивнул подмигнувшим ему воинам. Стража внутри оказалась менее покладистой. Солдаты заступили ему дорогу, протянув руки. Ричард с детской непосредственностью радостно пожал им руки, изобразив, что счел их жест за приветствие. Те вздохнули и вернулись на место, а он пошел дальше. Плащ мрисвиза свободно висел за спиной.

В конце галереи виднелась небольшая колоннада, за которой шли ступеньки в покои пророка. Стражники, охранявшие нужные Ричарду двери, оказались теми, чье доверие ему было завоевать труднее всего, первые, кого он обеспечил бесплатными женщинами. Завидев Ричарда, они напряглись.

Ричард лениво подошел к двери.

— Уолш, Боллесдун, привет.

Стражники скрестили пики.

— Ричард, что ты тут делаешь? Розы растут наверху.

— Послушай, Уолш, мне нужно увидеть пророка.

— Ричард, не загоняй нас в угол. Ты же знаешь, мы не имеем права тебя пропустить. Сестры с нас шкуру сдерут.

— Я ж не собираюсь сообщать им, что вы меня пропустили, — пожал плечами Ричард. — Скажу, что прорвался хитростью. Если кто из них чего пронюхает, вы ответите, что я каким-то образом проскользнул туда, а вы узнали, только когда я вышел. Я смогу подтвердить в случае чего.

— Ричард, ты и вправду…

— Разве я когда-нибудь доставлял вам неприятности? Разве я когда-нибудь отказывал вам в помощи? Я покупаю вам вино, даю деньги, обеспечил вам бесплатных девочек. Я когда-нибудь просил что-либо взамен?

Ричард держал руку на мече. Так или иначе, он все равно пройдет.

Уолш пнул ногой камешек. Тяжело вздохнув, сначала один, а потом и второй стражник отвели пики в сторону.

— Боллесдун, поди-ка сделай обход территории. А я схожу в сортир, подумаю.

Отпустив меч, Ричард похлопал стражника по плечу.

— Спасибо, Уолш. За мной не пропадет.

Посреди коридора Ричард почувствовал легкое сопротивление, как от щита перед дверью аббатисы. Но даже не замедлил шага. Гостиная оказалась такой же большой, как и в его покоях, только обставлена была с большим вкусом. На одной стене висел огромный гобелен, другую занимали книжные полки. Большинство книг, впрочем, было разбросано по комнате. Они валялись на столе, на стульях и на сине-желтом ковре.

Возле погасшего камина спиной к вошедшему сидел мужчина.

— Ты должен рассказать мне, как ты это проделал, — сказал он. — Мне бы очень хотелось изучить этот фокус.

— Что проделал? — спросил Ричард.

— Прошел сквозь щиты, будто их и нет вовсе. Если я попытаюсь, у меня кожа сгорит.

— Непременно сообщу, если когда-нибудь сам узнаю. Меня зовут Ричард. Если вы не очень заняты, я хотел бы поговорить с вами.

— Занят? — Мужчина от души расхохотался.

Он встал, и Ричард удивился, увидев, какой он высокий. Длинные седые волосы пророка навели Ричарда на мысль, что тот очень стар и немощен. Да, пророк был, несомненно, очень стар, но едва ли немощен. Он выглядел сильным и полным жизни. Его улыбка выражала и приветствие, и угрозу. На шее у него, как и у Ричарда, был Рада-Хань.

— Меня зовут Натан, Ричард. Я ждал тебя. Но никак не предполагал, что ты придешь один.

— Я пришел один, потому что хотел поговорить с тобой без сестер: так спокойнее.

— А тебе известно, что я пророк?

— Я пришел сюда не за тем, чтобы научиться выпекать хлеб.

Улыбка Натана стала шире, но он не засмеялся. Он нахмурил брови и сразу стал похож на коршуна.

— Хочешь, чтобы я рассказал тебе о твоей смерти, Ричард? Хочешь узнать, как ты умрешь? — произнес он шипящим голосом.

Ричард плюхнулся на кушетку и закинул ноги на стол. Он, в свою очередь, коршуном глянул на пророка и одарил его не менее угрожающей улыбкой.

— Ну разумеется. Просто жажду это узнать. А когда ты закончишь, расскажу тебе, как умрешь ты.

— А у тебя есть дар пророчества? — изогнул бровь Натан.

— Достаточный, чтобы сказать, как ты умрешь.

Хмурые брови вопрошающе изогнулись.

— Правда? Тогда скажи.

Ричард взял из вазы на столе грушу, вытер ее о штаны и надкусил. Жуя грушу, он ответил:

— Ты умрешь прямо здесь, в этих покоях, от старости. И никогда не увидишь больше внешнего мира.

На лице Натана вдруг стали видны все морщины, взгляд его стал мрачным.

— Похоже, ты действительно пророк, мой мальчик.

— Но так будет, если ты мне не поможешь, — спокойно продолжил Ричард. — Это — пророчество с ветвлением. Если ты сумеешь мне помочь, не исключено, что я смогу вернуться сюда и помогу тебе выбраться.

— Что ты хочешь?

— Я хочу избавиться от ошейника.