Джиаан, ни на кого не обращая внимания, невозмутимо пошел прочь. Кольцо стражников двинулось вместе с ним. Ричард знал, что они так и будут идти следом, пока меченосец не удалится от города. Толпа начала рассасываться.

У Ричарда стучало в висках. Нарушив во второй раз Второе Правило Волшебника, он вызвал из подземного мира призрак своего отца. Он хотел все исправить, а сделал еще хуже. Уоррен сказал, что Владетелю нужен посредник, чтобы вырваться наружу, и Ричард обеспечил ему посредника.

Голова у него раскалывалась.

Только он понял, что Кэлен любит его и жизнь снова стала прекрасна, как тут же узнал, что попал в ловушку времени. А если он не сумеет вырваться, в день зимнего солнцестояния Кэлен умрет. Мысли отчаянно бежали по кругу.

Он должен что-то предпринять. Время уходит. Ричард решил найти единственного человека, который, возможно, сможет ему помочь.

Заслышав в приемной голоса, аббатиса замерла в надежде, что это именно то, чего она так долго ждала. Не то чтобы она мечтала об этом, но времени почти не осталось. Ричард наверняка уже нашел способ проникнуть к Натану, и Натан сыграл отведенную ему роль. Теперь пришла пора ей сыграть свою.

Аннелина не могла полностью доверять Натану, но тут она не сомневалась: пророк сделал все, что от него требовалось. Последствия неудачи ему прекрасно известны. Выпавшей на его долю миссии — добавить ту самую лишнюю снежинку — она вовсе не завидовала.

Аннелина щелкнула пальцами, и дверь распахнулась. Следовало бы вызвать плотников, чтобы починили дверную раму. Ричард вышиб ее своим Хань, даже не соображая, что делает. И это еще до разговора с Натаном.

Как только дверь распахнулась, резкий разговор в приемной оборвался, и в проеме показались три женщины, ожидающие распоряжений.

— Сестра Улиция, сестра Финелла, уже поздно. Почему бы вам не пойти в свои кабинеты и не заняться бумагами? Я приму ее. Сестра Верна, пожалуйста, зайди.

Сестра Верна вошла. Энн поднялась ей навстречу. Она любила Верну, и ей претило то, что она должна сделать. Но времени не оставалось. Энн готовилась к этому несколько столетий, и вот теперь все ускользает у нее из рук. Она не властна над временем, она не управляет событиями. Мир — на краю гибели.

— Аббатиса Аннелина, — поклонилась Верна.

— Присядь, пожалуйста, Верна. Давненько мы не виделись.

Верна придвинула стул к столу и села напротив аббатисы, гордо выпрямив спину и сложив руки на коленях.

— Как любезно с вашей стороны, что вы смогли уделить мне свое драгоценное время.

Энн едва не улыбнулась. Едва. «Благодарю тебя, о Создатель, что ты направил ее ко мне, когда она в раздраженном состоянии. Хоть моя задача от этого и не станет менее обременительной, но по крайней мере мне легче будет выполнить ее».

— Я была занята.

— Я тоже, — огрызнулась Верна. — Последние двадцать с чем-то лет.

— Похоже, недостаточно занята. У нас, кажется, сложности с мальчиком, которого ты привела. А его необходимо было воспитать до приезда во Дворец Пророков.

Кровь прилила к лицу Верны.

— Если бы вы не запретили мне применять силу, я бы так и сделала.

— О? Неужели ты настолько слаба, Верна, что не способна выполнить возложенное на тебя задание при столь незначительных ограничениях? Паша, ничтожная послушница, кажется, при тех же условиях добилась большего.

— Вы так думаете? Вы полагаете, он управляем?

— С тех пор, как им занимается Паша, он никого не убил.

— Думаю, мне кое-что известно о Ричарде, — жестко сказала Верна. — И я советовала бы аббатисе не быть столь уверенной.

Энн начала перекладывать лежащие на столе бумаги, сделав вид, что внимательно изучает их, хотя на самом деле не могла прочесть ни слова.

— Я приму твой совет к сведению. Спасибо, что зашла, Верна.

— Я еще не закончила! Я еще даже не начинала!

Энн медленно подняла глаза.

— Если ты снова повысишь на меня голос, Верна, то на этом все и закончится.

— Пожалуйста, простите меня, аббатиса Аннелина, но существуют весьма важные вещи, о которых я непременно должна сказать.

Энн вздохнула, делая вид, что ее терпение на исходе.

— Хорошо, хорошо, тогда ближе к делу. У меня еще много работы. — Сложив руки на столе, она отрешенно посмотрела на Верну. — Говори.

— Ричард вырос со своим дедом…

— Рада за него.