Некоторые думают, что, когда Даркен Рал одержит победу, он вознаградит их сполна. Ожидая будущих благ, они становятся безжалостными в настоящем. Иные просто слепы и сражаются за ложь, которая льется им в уши.

А потом в свете путеводного огня различают сковавшие их цепи, но не могут уже ничего изменить. — Зедд провел рукой по балахону и вздохнул. — Ричард, войны существовали всегда. Любая война — кровопролитное сражение двух врагов. И до сих пор ни одно войско не вступало на поле битвы, полагая, что Создатель на стороне противника.

— Не понимаю, — покачал головой Ричард.

— Я ни секунды не сомневаюсь в том, что последователи Рала считают нас кровожадными чудовищами, способными на все. Им будут бесконечно твердить о жестокости и беспощадности врага. Я уверен, что никто из них не знает о Даркене Рале больше, чем он сам рассказал. — Волшебник нахмурился. Глаза его метали молнии. — Это противоречит здравому смыслу, но не становится менее угрожающим и смертоносным. Приспешники Рала мечтают сокрушить нас, и ни о чем другом им думать не надо. Но тебе, чтобы победить противника, который сильнее, придется поработать головой.

Ричард провел ладонью по волосам.

— Это загоняет меня в угол. Я могу позволить убивать ни в чем не повинных людей, но не могу убить Даркена Рала.

— Ты неправ. Я никогда не говорил, что ты не сможешь убить Рала. — Зедд окинул его многозначительным взглядом. — Я сказал лишь, что Меч тебе в этом не помощник.

Ричард пристально вглядывался в лицо старого друга, освещенное тусклым мерцанием луны. Искра мысли озарила кромешную мглу, царившую у него в душе.

— Зедд, — тихо спросил он, — неужели без этого никак не обойтись? Неужели придется обречь на смерть ни в чем не повинных людей?

Лицо Волшебника стало хмурым и печальным.

— Так было в последней войне. Это происходит и сейчас, пока мы с тобой разговариваем. Кэлен рассказывала, что Рал, желая узнать мое имя, убивает людей. Никто, ни один человек в мире не помнит, как меня зовут, но он не оставляет попыток. Я мог бы сдаться и тем прекратить убийства, но тогда я не смог бы противостоять Ралу, и в результате погибло бы еще больше народу. Это чудовищный выбор: обречь на мучительную смерть нескольких или стать причиной гибели многих.

— Прости, друг! — Ричард плотнее закутался в плащ: его била дрожь. Он посмотрел на застывшую долину и перевел взгляд на Зедда. — Я познакомился с Ша, Мерцающей в ночи, за несколько минут до того, как она погибла. Ша пожертвовала собственной жизнью ради того, чтобы Кэлен смогла попасть в Вестландию, чтобы смогли выжить другие. Кэлен тоже несет бремя ответственности за тех, кому позволила умереть.

— Да, — негромко сказал Зедд. — Сердце разрывается, когда подумаешь, что ей пришлось повидать. И что скорее всего придется повидать тебе.

— По сравнению с этим все, что между нами происходит, кажется таким незначительным.

— Но от этого боль не становится меньше. — В глазах Зедда читались нежность и сострадание.

Ричард опять окинул взглядом долину.

— Зедд, еще вопрос. По дороге к тебе я предложил Кэлен яблоко.

Зедд издал удивленный смешок.

— Ты предложил красный фрукт гостю из Срединных Земель? Но это символ смертельной угрозы. В Срединных Землях все красные фрукты ядовиты.

— Да. Теперь я это знаю, но тогда-то не знал.

— И что же она сказала? — Зедд подался вперед и поднял бровь.

Ричард отвел глаза.

— Она не сказала. Она сделала. Вцепилась мне в горло. На мгновение мне показалось, что она хочет убить меня. Не знаю, как она собиралась это сделать, но уверен, что она была готова меня убить. К счастью, она колебалась достаточно долго, чтобы я успел все объяснить. А ведь к тому времени она уже стала моим другом и несколько раз спасала мне жизнь. Но в тот момент она была готова меня убить. — Ричард помолчал. — Это то, о чем ты говорил, да?

Зедд глубоко вздохнул я кивнул.

— Да, Ричард. Если бы ты заподозрил, что я предатель, не знал, а всего лишь заподозрил... И если бы ты знал, что, окажись это правдой, наше дело будет проиграно, смог бы ты убить меня? Если бы у тебя не было ни времени, ни возможности узнать правду? Одно только подозрение? Смог бы ты убить меня на месте? Смог бы подойти ко мне, старому другу, и нанести смертельный удар? Хватило бы у тебя духу сделать это?

Взгляд Зедда обжигал. Ричард был ошеломлен.