Холли коснулась эйджилом его ладони. Вскрикнув от боли, генерал отшатнулся с выражением полной растерянности на лице и выхватил кинжал.

От рева Гратча задрожали стекла. Глаза его загорелись изумрудным пламенем. Он обнажил клыки и расправил крылья. Солдаты отступили, выставив перед собой мечи.

Ричард мысленно застонал. Ситуация быстро становилась неуправляемой. Теперь он пожалел, что недостаточно хорошо все продумал, но тогда он был совершенно уверен, что его способность становиться невидимым произведет нужное впечатление. Надо было хотя бы разработать план отступления! А сейчас он не представлял, как им выбраться отсюда живыми. Даже если это и удастся, то какой ценой? Это будет кровавая баня. Ричард не хотел этого. Он решился на эту авантюру для того, чтобы избежать кровопролития, а не наоборот.

Внезапно вокруг поднялся шум.

Не думая о том, что делает, Ричард выхватил меч. Неповторимый звон волшебного клинка поплыл в воздухе. Магия меча полилась в Ричарда, наполняя яростью его существо. Это было похоже на поток расплавленного металла, прожигающий до костей. Ричарду было хорошо знакомо это чувство, и он позволил ему целиком захватить себя. Выбора не осталось. В нем бушевал яростный шторм. Духи тех, кто призывал эту магию до него, вырвались на свободу с волной всесокрушающего гнева.

Райбих рассек воздух кинжалом.

— Убить самозванцев!

Внезапно прогремел гром, и стекло разлетелось на миллионы осколков, блестящих, словно алмазы. Офицеры пригнулись, прикрывая головы, и Ричард с изумлением сообразил, что окна были выбиты снаружи.

Сквозь стеклянный дождь мелькнули четыре тени. Сгустки света и тьмы упали на пол. Сквозь магическую ярость меча Ричард почувствовал их.

Мрисвизы.

Приземлившись, они обрели твердые очертания.

Ричард пригнулся, и Гратч перелетел через него. Сражение началось. Один из офицеров рухнул лицом на стол, заливая кровью бумаги. Улик оттеснил двух солдат, еще двоих Иган загнал за стол.

Но Ричард, поймав внутри себя островок спокойствия, не обращал внимания на стоны, крики и блеск стали. Тишина окутала его, когда он коснулся лба Мечом Истины, молчаливо моля клинок быть справедливым сегодня.

Он видел только мрисвизов, чувствовал только их. Всей душой он желал не видеть и не слышать ничего больше.

Первый, ближайший, который стоял спиной к Ричарду, возник словно из воздуха. С яростным криком Ричард дал волю гневу меча. Клинок свистнул и нашел цель. Магия получила кровь, которой так жаждала. Обезглавленный мрисвиз рухнул, его нож покатился по полу.

Ричард развернулся к другому, тому, что слева, но тут между ними вклинилась Холли, заслонив своим телом магистра Рала. Еще в развороте Ричард ухитрился отбросить ее плечом и, почти одновременно с этим взмахнув мечом, снес голову второму мрисвизу прежде, чем тело первого успело коснуться пола. Струя крови ударила в потолок.

Ричард рванулся дальше. Охваченный магической яростью, он стал единым целым со своим мечом, с его магией и духами, живущими в нем. Он стал тем, кем называли его в пророчестве, написанном на древнед’харианском, и кем он называл себя сам: Фуер грисса ост драука — Несущий смерть. Все, что было меньше этого, означало бы гибель его друзей, но Ричард находился уже за пределами разума. Он был полностью погружен в магию.

Хотя третий мрисвиз успел изменить цвет, Ричард все же углядел его, скользящего среди солдат, и могучим ударом вогнал клинок ему в грудь. Предсмертный вой огласил комнату.

От этого звука солдаты замерли, и наступила внезапная тишина.

Ричард с натугой поднял меч и отшвырнул мрисвиза в сторону. Безжизненное тело соскользнуло с клинка и, пролетев по воздуху, ударилось о ножку стола. Ножка подломилась, стол накренился. Бумаги посыпались на пол.

Стиснув зубы, Ричард направил клинок на человека, стоящего там, где мгновение назад был мрисвиз. Острие коснулось горла и остановилось. С лезвия на пол капала кровь. Магия рвалась наружу, в жажде уничтожения требуя и этой жертвы.

Смертоносный взгляд Искателя встретился со взглядом генерала Райбиха. И глаза офицера впервые разглядели того, кто стоит перед ним. Магию, плясавшую в глазах Ричарда, нельзя было спутать ни с чем. Это было все равно что взглянуть на солнце и не зажмуриться.

Никто не издал ни звука — впрочем, Ричард все равно не услышал бы никого. Он видел лишь человека, которого держал на острие своей мести. Ричард с головой окунулся в бурлящий котел магии, и возвращаться оттуда было чудовищно тяжело.

Глядя в ястребиные глаза Ричарда, генерал Райбих медленно опустился на колени. Его голос заполнил звенящую тишину.

— Магистр Рал ведет нас. Магистр Рал наставляет нас. Магистр Рал защищает нас. В сиянии славы твоей — наша сила. В милосердии твоем — наше спасение. В мудрости твоей — наше смирение. Вся наша жизнь — служение тебе. Вся наша жизнь принадлежит тебе.

Это было сказано не для того, чтобы спасти свою жизнь. Это были слова уважения человека, увидевшего то, чего он увидеть не ожидал.