Все небо было одинаково темным, серо-стальным, и не было никакой надежды отыскать солнце, чтобы выбрать нужное направление. Вскоре Ричард совсем потерял ориентацию. Казалось бы, они давно уже должны были выехать на тропу. Ричард примечал какое-нибудь дерево впереди и, доехав до него, выбирал следующее, дальше, стараясь двигаться по прямой. Он знал, что для этого в пределах видимости должны находиться по крайней мере три дерева, но ели мгновенно исчезали в густом тумане. У него уже не было уверенности, что их не водит кругами. Но даже если они едут по прямой, оставался вопрос, в какой стороне тропа.

— Ты уверен, что мы правильно едем? — спросила Кэлен. — Здесь все кажется одинаковым.

— Нет, но по крайней мере пока мы не наткнулись на границу.

— Ты не считаешь, что нам следует остановиться и позаботиться о них?

— Слишком рискованно. Я не знаю, где мы находимся. Подземный мир может оказаться в десяти шагах отсюда.

Кэлен тревожно огляделась вокруг. Ричард отказался от мысли оставить ее здесь с Зеддом и Чейзом, а самому отправиться на поиски тропы. Он боялся, что не сможет найти дорогу обратно. Лучше держаться вместе. Он уже начал беспокоиться, что не сможет отыскать дорогу до наступления темноты.

И тогда как спастись от гончих сердца? Если псы нападут всей стаей, не поможет даже волшебный меч. Чейз сказал, что они должны к ночи добраться до топей. Но не сказал, почему топи могут служить убежищем. Куда ни глянь, везде было одно и то же: бескрайнее бурое болото и серые скелеты деревьев.

Ричард увидел слева от себя дуб. Потом еще несколько деревьев.

Некоторые даже были покрыты листвой, темно-зеленой, влажной от тумана.

Здесь они еще не проезжали. Ричард взял чуть правее, держась края болота.

Он надеялся, что теперь до тропы недалеко.

Из кустов, растущих под дубами, за ними следили молчаливые тени.

Ричард сказал себе, что это всего лишь игра воображения. Не было ни ветерка, ни шороха, ни звука. Несмотря на то, что в этих местах заблудился бы кто угодно, Ричард был зол на себя. Он проводник, и для него это было непростительно.

Увидев наконец тропинку, Ричард облегченно вздохнул. Они быстро спешились и осмотрели своих подопечных. Зедд был все в том же состоянии, но у Чейза по крайней мере остановилось кровотечение. Ричард не представлял себе, как им можно помочь. Он даже не знал, потеряли друзья сознание от удара или же их состояние вызвано особой магией границы? Кэлен тоже этого не знала.

— Как ты думаешь, что нам делать? — спросила она.

Ричард постарался скрыть беспокойство.

— Чейз сказал, что, если мы не доберемся до топей, до нас доберутся гончие. Если мы останемся здесь, дожидаясь, пока Зедд с Чейзом придут в себя, ничем хорошим это не кончится. Разве что нас настигнут гончие. Насколько я понимаю, у нас есть два варианта: оставить их здесь или взять с собой. Но я ни за что их не брошу. Давай привяжем их к седлам и двинемся в сторону топей.

Кэлен согласилась. Они с поспешностью приступили к работе. Ричард сменил Чейзу повязку и слегка промыл рану. Туман сменился мелким дождем.

Ричард переворошил дорожные мешки и нашел в них одеяла, завернутые в непромокаемую ткань. Он укутал друзей одеялами, прикрыл тканью от дождя и перевязал крест-накрест веревкой.

Когда они закончили, Кэлен внезапно обняла Ричарда и прижалась к его груди. Прежде чем он успел сделать ответное движение, девушка уже отпрянула в сторону.

— Спасибо, что спас меня, — ласково сказала она. — Граница наводит на меня ужас. — Она беспомощно посмотрела на него. — А если напомнишь мне, что я просила тебя за мной не возвращаться, я дам тебе пинка. — Глаза ее улыбались из-под опущенных ресниц.

— Ни словом. Обещаю.

Он улыбнулся в ответ и натянул ей на голову капюшон, бережно убрав туда волосы. Затем накинул капюшон сам, и они тронулись в путь.

Лес был совершенно пустынным. Дождь сочился сквозь листву и капал на головы путникам. Ветви тянулись к тропе, как когти хищной птицы, жаждущей схватить всадников и лошадей. Кони сами старались держаться середины тропы и прядали ушами. Здесь был такой густой подлесок, что не оставалось никакой надежды свернуть в лес в случае погони. Кэлен плотнее закуталась в плащ. Выбора не оставалось: продвигаться можно было только по тропе, либо вперед, либо назад. Но пути назад не было. Они скакали вперед весь день до самого вечера.

Серый свет уходящего дня начал меркнуть, а они все еще не доехали до топей, и было совершенно непонятно, сколько еще оставалось скакать. Из чащи донеслось завывание гончих. У всадников перехватило дыхание.

Гончие приближались.

Коней уже можно было не пришпоривать. Они летели как ветер, и всадники даже не пытались сдержать их бег. Коней подгоняли завывания гончих сердца. Из-под копыт летели брызги воды и грязи, дождь ручьями стекал по взмыленным бокам, но грязь снова налипала коням на ноги и животы. Кони отвечали испуганным ржанием на каждое новое завывание гончих.