Дульчи помрачнела.

— Что вам сказала Филиппа, аббатиса? В какой именно области она считает недостаточным моего опыта?

— Не пойми меня превратно, сестра, — пожала плечами Верна. — Мои советники ни в коей мере не умаляют твоих талантов. На самом деле они весьма высоко тебя ценят. Просто они ясно дали понять, что докладные очень важны, и настояли, чтобы я занималась ими лично. Уверена, что лет через пятьдесят они наверняка решат, что вам уже можно доверить эту работу.

— Какую работу? — недоуменно спросила Феба.

Верна обвела рукой кипы бумаг.

— Ну, видишь ли, это обязанность помощников аббатисы — читать докладные и принимать по ним решения. Аббатисе нужно лишь изредка проверять, как идут дела, дабы убедиться, что ее управляющие держат правильный курс. Но поскольку мои советники настаивают, чтобы я делала это сама, я, естественно, предположила, что они... Ну, я уверена, они никого не хотели обидеть, тем более что о вас они отзываются весьма лестно... — Верна прищелкнула языком. — И все же они постоянно напоминают мне, что я должна лично разбираться с докладными. Говорят, что так нужно в интересах Дворца.

Дульчи возмущенно выпрямилась.

— Мы и так читаем все докладные — каждую из них, — чтобы убедиться, что в них все верно. Мы разбираемся в них лучше, чем кто-либо другой. Создатель тому свидетель — мне эти докладные по ночам снятся! Мы знаем, когда чего не хватает, где что-то упущено, и делаем для вас пометки, верно? Они не имели права говорить вам, что вы должны делать это лично.

Верна подошла к книжной полке, притворившись, что ищет нужную книгу.

— Я уверена, они исходили из того, что так будет лучше для Дворца, сестра. Ты недавно занимаешь свою должность, ну и... Одним словом, мне кажется, что ты видишь в их словах то, чего нет.

— Мне столько же лет, сколько Филиппе! И опыта не меньше, чем у нее!

— Сестра, ведь она никого не обвиняет, — бросила через плечо Верна самым уважительным тоном.

— Она посоветовала вам самой лично разбираться с докладными, так?

— Да, но...

— Ну, так она не права. Они обе не правы.

— Неужели? — Верна отвернулась от полки.

— Конечно. — Дульчи поглядела на Фебу. — Мы сами вполне в состоянии проработать докладные, решить все вопросы и отдать соответствующие распоряжения. На это у нас уйдет неделя или две. Верно, сестра Феба?

Феба гордо выпрямилась.

— Полагаю, что мы управимся меньше, чем за неделю. Мы лучше любого другого знаем, что нужно делать. — Вспыхнув, она посмотрела на Верну. — Разумеется, кроме вас, аббатиса!

— Правда? Это большая ответственность. Я бы не хотела заставлять вас прыгать выше головы. Вы на своих должностях совсем недавно. Уверены ли вы, что уже созрели для этой работы?

— Я бы сказала, перезрели, — фыркнула Дульчи. Решительно подойдя к столу, она сгребла внушительную кипу. — Мы этим займемся. Приходите проверяйте любую на выбор, и вы убедитесь, что сами бы приняли такое же решение, что и мы. — Взгляд ее стал свирепым. — И те две тоже могут прийти и убедиться.

— Ну что же, если вы уверены, что справитесь, я, пожалуй, готова рискнуть. В конце концов, вы ведь мои помощницы.

— Вот именно. — Дульчи кивком указала на стол. — Феба, бери бумаги.

Феба сгребла высоченную кипу и, слегка пошатнувшись под ее тяжестью, пробормотала:

— Я уверена, что у аббатисы есть дела поважнее, чем заниматься тем, с чем могут легко справиться ее помощницы.

Верна сунула пальцы за пояс.

— Что ж, я назначила вас на эти должности, потому что верю в ваши способности. Думаю, будет справедливо дать вам возможность их проявить. В конце концов, помощники аббатисы — важные лица.

На лице Дульчи появилась лукавая улыбка.

— Вы будете поражены, увидев, насколько мы важны для вас, аббатиса. И ваши советники тоже будут поражены.

— Я уже поражена, сестры. Однако меня ждут дела. Занимаясь отчетами, я никак не могла выбрать время, чтобы проверить, насколько хорошо справляются со своими обязанностями мои советники. Думаю, пора этим заняться.

— Да, — кивнула Дульчи, направляясь за Фебой к дверям. — Полагаю, с вашей стороны это будет разумно.

Когда дверь за ними закрылась, Верна тяжело вздохнула. А она уж было начала бояться, что этим докладным конца-края не будет! Мысленно поблагодарив Аннелину, Верна поймала себя на том, что улыбается во весь рот, и сделала строгое лицо.

Уоррен не отозвался, когда она постучала к нему в комнату. Приоткрыв дверь, Верна увидела, что он у себя не ночевал. Она поморщилась, вспомнив, что приказала ему отправляться в хранилище и заняться пророчеством. Бедный Уоррен, наверное, так и уснул среди книг, выполняя ее приказ. Верна со стыдом вспомнила, как накричала на него после разговора с могильщиком.

Она спустилась в хранилище, на сей раз не став посылать никого, чтобы очистить помещение: гораздо безопаснее просто посетить хранилище с небольшой инспекцией, а заодно шепнуть Уоррену, чтобы он пришел на их обычное место встречи у реки. То, что она собиралась ему сказать, слишком опасно обсуждать даже в пустом хранилище.