— Не сметь спорить!

Солдаты сразу умолкли. Морд-сит и без того очень опасны, а уж когда они захватывают чью-то магию, с ними вообще лучше не связываться. Ни у кого не было ни малейшего желания совать руку в котел черной магии, которую помешивала разъяренная морд-сит.

Кара подошла к Марлину и протянула ему меч рукоятью вперед:

— Бери.

Марлин заколебался, но, увидев, что Кара нетерпеливо нахмурилась, схватил оружие.

Кара посмотрела на Кэлен:

— Мы всегда оставляем нашим пленникам их оружие — чтобы не забывали, что даже с оружием они против нас бессильны.

— Знаю, — тихо ответила Кэлен. — Мне Ричард рассказывал.

Кара жестом велела Марлину встать. Тот снова замешкался, и она ткнула его сапогом в сломанное ребро.

— Чего ждешь? Поднимайся! И встань вон там. — Кара завернула край ковра и, указав на открывшийся пол, щелкнула пальцами. Марлин послушно подошел туда, шипя от боли при каждом шаге, и остановился.

Кара пригнула ему голову:

— Плюнь.

Марлин закашлялся кровью и плюнул себе под ноги. Кара рывком поставила его прямо, схватила за воротник и притянула к себе.

— А теперь слушай внимательно. — Она скрипнула зубами. — Ты уже знаешь, какую боль я могу тебе причинить, если ты меня огорчишь. Или тебе напомнить?

— Нет, госпожа Кара, — отчаянно замотал головой Марлин.

— Хороший мальчик! Далее, когда я велю тебе что-то сделать, это значит, что я хочу, чтобы ты это сделал. Если ты ослушаешься, нарушишь мой приказ, не выполнишь мое пожелание, то твоя собственная магия скрутит твои кишки в жгут. И чем дольше ты будешь сопротивляться, тем сильнее будет боль. Я не позволю магии тебя убить, хотя ты сам будешь желать смерти. Ты будешь умолять о ней — но я не дарую смерти своим воспитанникам.

Лицо Марлина стало пепельно-серым.

— А теперь встань на свой плевок. — Марлин послушно встал на кровавый сгусток. Кара схватила волшебника за подбородок и поднесла эйджил к его лицу.

— Я хочу, чтобы ты стоял вот здесь, на своем плевке, пока я не отменю этого приказа. Отныне и впредь ты и пальцем не тронешь ни меня, ни кого-то другого. Таково мое желание. Ты понял? Хорошо понял, чего я хочу?

Марлин кивнул, насколько позволяла рука морд-сит.

— Да, госпожа Кара. Я никогда не причиню вам вреда. Клянусь. Вы хотите, чтобы я стоял на плевке, пока вы не отмените приказа. — Слезы снова брызнули у него из глаз. — Я не тронусь с места, клянусь. Пожалуйста, не надо меня мучить.

Кара оттолкнула его.

— Ты мне противен. Мужчины, которые ломаются так быстро, как ты, мне омерзительны. Даже девчонки, бывало, держались дольше под моим эйджилом, — пробормотала она и, кивком показав на солдат, продолжала: — Эти люди тебя не тронут. И не станут тебя останавливать. Если ты вопреки моей воле сумеешь дойти до двери, то получишь свободу и боли больше не будет. — Она метнула грозный взгляд на солдат. — Все меня хорошо слышали? Если этот человек дойдет до двери, он свободен. — Солдаты закивали. — Если сумеет убить меня, он тоже свободен.

На сей раз солдаты не спешили с согласием, и Каре пришлось вновь прорычать приказ. Потом она обратила пылающий взор на Кэлен:

— Тебя это тоже касается. Если Марлин меня убьет или сможет добраться до двери, он свободен.

Хотя Кэлен и сомневалась в подобном исходе, все же согласиться с такими правилами игры она не могла. Марлин хотел убить Ричарда.

— Зачем ты это делаешь?

— Потому что тебе необходимо понять. Ты должна верить моим словам.

— Продолжай, — выдавила Кэлен, ничем не подтвердив, впрочем, своего согласия с условиями.

Кара повернулась к Марлину спиной и скрестила на груди руки.

— Тебе известна моя воля, воспитанник. Если хочешь свободы, рискни. Доберись до двери — и ты получишь свободу. Если ты хочешь убить меня за то, что я с тобой сделала, то и такая возможность у тебя сейчас есть. Знаешь, — добавила она, — на мой вкус, я еще мало видела твоей крови. Когда мы покончим с этими глупостями, я заберу тебя в какое-нибудь укромное местечко, где не будет Матери-Исповедницы, чтобы за тебя заступиться. И я до утра буду наказывать тебя эйджилом просто потому, что у меня такое настроение. Я заставлю тебя пожалеть, что ты вообще родился на свет. Разве что, — пожала она плечами, — ты убьешь меня или доберешься до двери.

Солдаты молчали. В комнате повисла гнетущая тишина, а Кара безмятежно стояла, скрестив руки. Марлин осторожно огляделся, бросил взгляд на солдат, на Кэлен, потом долго смотрел в спину Кары. Он крепче сжал меч. Глаза его сузились. Он решился.

Не сводя глаз со спины Кары, Марлин нерешительно сделал шажок в сторону.

Со стороны казалось, будто невидимая дубина с размаху ударила его по животу. Охнув, он согнулся пополам. Из его горла вырвался низкий стон. Вскрикнув, он кинулся к двери.