Мы уже летели вперед. Рядом пронёсся огромный столб света и второй корвет превратился в кучу обломков. По всему борту бродяги открывались оружейные щиты. Родригес готовился встретить идущие в атаку истребители имперцев, но в этом не было необходимости.

Три корабля патрульных шли плотным строем. Забытая всеми Шиноко немного изменила положение своего корпуса в пространстве и включила форсаж. Рывок нашей базы был похож на прыжок атакующего гиртама. За несколько мгновений судно развило невероятную скорость и вражеские корабли размазались по его борту тремя небольшими огоньками.

Таваль тем временем выпустил обе ракеты в направлении оставшихся в живых противников, но как-то странно. Будто и не целился в них вовсе. Снаряды прошли с двух сторон плотного построения и неожиданно одновременно взорвались. Истребители патруля сбились ещё плотнее, уже почти мешая друг другу.

— Залп, — заорал капитан и я рефлекторно вдавил гашетку огня. Я шёл чуть выше игниса и наш спаренный выстрел накрыл ведущий звездолет противника. Ведомые не успели среагировать и врезались в обломки, — В стороны, — тут же рявкнул человек и мы изменили траектории, избегая столкновения с клубком огня, оставшемся на месте трех истребителей.

Силы патруля оказались полностью уничтожены в течении пары минут с начала боя.

— Ши, собирай все годное на продажу. Потом разберёмся, — передал Таваль нашей базе. Бродяга Родригеса неуклюже маневрировал и готовился к прыжку.

— Что все это значит, Эд? — спросил мой напарник, — Какого хурга ты уничтожил патрульных?

— Мы, барон. Мы уничтожили. Ты теперь тоже в этом замазан, — устало ответил Эдгар.

— Я жду ответа, — с нажимом произнёс Таваль, — Неужели ты не мог сбросить груз? Ведь не первый раз такими перевозками промышляешь!

— Не мог, Тал. Не в этот раз. Наши старые дела с пиратами это возня в песочнице. Мне теперь проще погибнуть, выполняя заказ, чем вернуться к нанимателю ни с чем.

— Что за бред? — повысил голос капитан, — Всем давно известно, что при таких перевозках бывает всякое. Зачем ты связался с таким нанимателем?

— Не было выбора, старый друг, — грустно ответил Родригес, — Слишком большая игра началась. Прости, что втравил в это тебя, но один я бы не справился. Кто-нибудь из заслона обязательно бы ушёл.

— То есть ты знал о засаде? — неверяще воскликнул человек, — Знал и все равно полез в пасть гиртаму?

В этот момент открылся боковой трюм Бродяги и в космос вылетело несколько ящиков.

— В этом направлении опасность была минимальной. В ящиках ваш гонорар… и мой. Думаю мне он уже не пригодится.

После этих слов транспорт полыхнул двигателями и ушёл в прыжок.

— Хургов придурок, — выругался Таваль.

— Капитан, перехвачен сигнал бедствия, — сообщил корабль, — Он исходит от одного из корветов. Видимо там остались выжившие.

— Добей, — сказал я и Шиноко дала несколько залпов в сторону источника сигнала, превращая дырявый корпус корвета в груду космического мусора.

— Уходим, — передал напарник, — Через час здесь будут патрульные со всего сектора. Надеюсь ищейки у них нет.

— Можем прикрыться вспышкой Бродяги, — произнесла Шиноко.

— Неплохая мысль, Жестянка, — ответил человек, — Считай курс через центр чужого тоннеля до ближайшей системы. Будем надеяться, что получится обмануть преследователей.

Рассчёт был готов к моменту нашей посадки в ангаре базы.

— Регистрирую открытие тоннеля, — сообщила Шиноко и Таваль грязно выругался.

— Не успели, — произнёс он, — Совершай прыжок, Ши. Хуже уже некуда.

После старта напарник ушёл в свою каюту и не выходил оттуда. Я побродил некоторое время по кораблю, но так и не придумал чем заняться. Состояние капитана мне показалось странным. В запахе человека не было гнева, только горечь утраты. Учитывая, что его обманул знакомый, это было понятно, но эмоции были слишком сильны.

— Ши, покажи каюту самого главного пилота, — попросил я и пошёл за сигнальной лентой.

Таваль пил. Он сидел за небольшим столом в окружении стеклянных бутылок с алкоголем. За пару часов он уже успел опустошить несколько ёмкостей и они валялись по всей каюте. Под ногами хрустнули осколки стекла.

— Можно войти? — спросил я.

— Сейчас не лучшее время, шонг, — пьяно ответил человек, — Не лучшее время, чтобы видеть твою синюю рожу.

Запах в помещении был неприятным, он остро напомнил мне жилище пилота, которого я съел на Кьесе.