Я молча слушаю и не желаю верить тому, что слышу. Мой мозг отказывается принимать информацию, но Ира продолжает:

— И что же? Ты снова как принцесса в хоромах и все вокруг тебя пляшут, а я в жопе, Ника. Олег мне оставил жалкие гроши и свалил за бугор. Ему там и без меня хорошо, сказал. И что ему пустоцвет не нужен, — к концу Ира срывается на истерический крик и добивает меня фразой: — Ты все у меня забрала, стерва.

От последних слов мое понимание происходящего окончательно сходит на нет и единственное, что приходит мне в голову — уйти. Говорят, с больными на голову лучше не спорить, молча выслушать и свалить. Именно это я и собираюсь сделать, встаю, хватаю свою сумочку и цепляю взглядом кофе. Желание опрокинуть стаканчик растет со скоростью японского экспресса и, достигнув пика, взрывается. Я хватаю стакан, открываю крышку и с дикой радостью смотрю на то, как коричневая жидкость покрывает светлую одежду Иры.

Она вскакивает и даже что-то кричит, но я отхожу на безопасное расстояние, а после и вовсе иду на выход из кафе. Вылетаю из торгового центра и сажусь в машину, позволяя себе расстроиться только в салоне. Я смеюсь сквозь слезы, потому что всегда думала, что Ира, если не моя лучшая подруга, то одна из тех, кто никогда не предаст и всегда поможет. Прямо как Света. И если с последней мы действительно хорошо общаемся и дальше, то Ира умирает для меня.

Возвращаюсь домой совершенно разбитой и измотанной. Откровение бывшей подруги настолько сильно действуют на меня, что единственное, о чем я думаю — почему? Захожу к детям, но они сладко спят, а няня оповещает, что все хорошо. И Даша и Даня хорошо поели и уснули совсем недавно, а это значит, что как минимум два часа у меня есть. Я сбегаю в душ, а когда выхожу натыкаюсь на мужа с бутылкой виски и разбитым выражением лица.

— Ты был у Демьяна, да?

— Так заметно? — усмехается он и отпивает из горла. — Он даже доказательства представил, — морщится муж. — Я пиздец как хуево себя чувствую, — заплетающимся языком говорит Матвей, из чего я понимаю, что бутылка у него или не первая, или он совсем не ел сегодня.

— Ладно, — говорю я. — Иди ко мне, — тянусь к бутылке и с легкостью отбираю ее из его рук, ставлю ее на прикроватную тумбочку и помогаю Матвею лечь. — Отдохни и тебе станет легче, — говорю я, натягиваю одеяло поверх его одежды и выхожу из спальни.

Мы видимся с Матвеем только вечером: взъерошенный и помятый он спускается на первый этаж, отхлебывает из графина воды и говорит и садится рядом.

— Будешь ужинать? — спрашиваю я.

— Нет. Меня тошнит от одной мысли о еде.

— Я виделась с Ирой, — говорю ему.

— С Ирой? Она разве в России?

— Ага. Олег оставил ее здесь. Развелся. И знаешь что? Я надеюсь, что никогда в жизни ее больше не увижу.

— Что она тебе сказала? Объяснила, почему они сделали это? Я до сих пор не могу понять, почему Олег…

— Это не Олег, — прерываю его тираду. — Это Ира. Она все это время ненавидела меня и убедила его, что я идеально подхожу в качестве инкубатора.

Мне обидно, но я героически держусь и глотаю ком, подступивший к горлу. Черта с два я буду плакать из-за этой суки. Поднимаю голову, улыбаюсь и говорю:

— Мне повезло с тобой, мой невероятный Мистер Совершенство.

— Вероника Сергеевна, там привезли какое-то оборудование и говорят, что вы заказывали, — в комнату заходит одна из нанятого мной персонала по уборке дома, и я понимаю, что совершенно забыла о своем заказе.

— Пускай заносят, я сейчас иду, — накидываю на себя халат и сбегаю вниз по ступенькам.

— Здравствуйте, — тут же обращается ко мне мужчина из доставки. — Вы заказывали барную стойку, верно? И оборудование?

— Да-да, конечно, проходите, заносите… — лихорадочно думаю, как именно это все будут устанавливать и кто, ведь я заранее не договорилась о монтаже.

А еще моя идея сейчас больше не кажется такой идеальной, ведь я собираюсь поставить барную стойку там, где раньше была стена, разделяющая второй этаж. Матвей давно приказал ее снести и сейчас мы спокойно передвигаемся по дому, но… я хочу поставить там стойку как напоминание о том, как мы познакомились.

Расплачиваюсь с доставкой и благодарю за то, что они привезли мой заказ, а сама лезу в интернет и ищу того, кто сможет поставить мне стойку за день. Увы, таких специалистов не находится. Вернее, они есть, но все заняты. Я теряю надежду, но в последний момент вспоминаю про Демьяна.

— Вероника? — растерянно говорит в трубку. — Что-то случилось?

— Да! Мне срочно, просто очень срочно нужен тот, кто сможет поставить барную стойку, вмонтировать ее и оборудовать все.

— А Матвей?

— А Матвей ничего не должен знать.

Демьян молчит несколько мгновений, после чего просит подождать и отключается. Я нервно хожу по первому этажу, обхожу коробки с упакованной мебелью и жду. Демьян звонит через минут десять, говорит, что бригада будет через час. Я благодарю его и задумываюсь о том, что кроме барной стойки и дополнительного оборудования нужен еще и алкоголь. Я едва не стону в голос, потому что единственное, что я знаю об алкоголе, так это его разновидности. Ни марки, ни цены, ни качество. Ничего из этого я не знаю.