— Похоже наша битва затянется.

— Ха-ха, рад что ты не теряешь присутствия духа.

В этот момент Ангел не удержалась и послала моему врагу воздушный поцелуй. Полоска здоровья снова восстановилась до максимума.

— Дорогая, ты нарушаешь правила.

Ангел сделала обратное движение, словно забирает поцелуй обратно. Нули снова превратились в девятки, а Пожиратель смутился.

— А, да пошло оно в пекло! Все эти циферки урона, статы, навыки, полоски здоровья… Как же всё это тупо! Без них было лучше. Пора избавиться от бесполезной херни!

Интерфейс исчез, словно его никогда и не было. Меч растворился, но не в воздухе, скорее он будто стал частью тела.

— Вот так то. А теперь разберёмся по старинке, голыми руками.

И мы схлестнулись, обмениваясь тяжёлыми ударами. Пожиратель даже не пытался блокировать или уворачиваться, пропустив удар он одобрительно кивал, словно хвалил меня. Я же не стеснялся защищаться, хотя помогало слабо. Человеческое тело было бы сломано от единственного его удара, но похоже я больше не был человеком, и, хоть удары причиняли боль, она не мешала, напротив, помогала сосредоточиться, то самое чувство, чувство свободы и дикого азарта боя полностью захватило моё существо. Обменявшись дюжиной ударов мы сцепились в борьбе, несколько долгих мгновений топтались на месте, словно в танце, а затем рухнули на землю, скатываясь по склону. И в один момент, выжав последние остатки сил, я сумел оказаться наверху и обрушил на лицо пожирателя град ударов. Внезапно монструозный эсэсовец ослабил хватку.

— О нет, ты сумел одолеть моё физическое воплощение. Знаешь что это значит?

Я на мгновение перестал крушить противника кулаками и замер.

— Это значит что пришло время второй формы!

Офицерская форма превратилась в набедренную повязку из шкур, на мощной шее появилось ожерелье из клыков, а голову украсил шлем из волчьей шкуры. Боковым зрением я успел заметить, что так же стремительно одежда Ангела тоже сменилась на доисторическую. Этой заминки хватило, чтобы Пожиратель отбросил меня в сторону и легко поднялся. Он снова был полон сил.

— Я был сильным воином и хитрым охотником, когда с неба упал камень, который высвободил из земли древние чудеса. Началась война между племенами, и в одном из вражеских была прекрасная юная шаманка. Чтобы быть вместе, нам обоим пришлось отказаться от родичей и завладеть небесным камнем…

Дикарь из древности бросился на меня с диким воплем. Глаза застилала кровавый туман, сердце рвалось из груди, и лопнувшие сосуды выпускали фонтанчики крови, кости скрипели от усилий мышц. Каждое движение сейчас не просто заставляло страдать, но разрушало организм. Эти раны никогда не восстановятся, и магия здесь не поможет, даже выжив в схватке я останусь калекой. Но это не важно. Я должен победить, чего бы это ни стоило.

Дикарь упал на землю и я из последних сил вцепился в горло.

— Достаточно. Ты оказался сильнее чем я думал. Достоин узреть третью форму.

На этот раз я ни на миг не ослабил хватку рук, но не помогло, изменившийся Пожиратель снова отбросил меня, впечатав спину в камень. Что-то хрястнуло, но ещё до этого я перестал чувствовать руки и ноги. Теперь узнать сломан позвоночник или нет можно было только попытавшись встать.

А Пожиратель уже поднялся сверкая металлом, не просто покрывавшем плоть, но в проникающим внутрь. Ангел превратилась в нечто, отдалённо похожее на голограмму.

— Такой богатый, технически развитый и в то же время гнилой мир. Я был чем-то средним между частным детективом и охотником за головами, давно заменившем слабую плоть на имплантанты. Простое задание, раздобыть прототип искусственного интеллекта нового поколения. Фантастическая технология, использовавшая человеческий разум для создания машины. Но что если у машины есть душа? Чтобы не отдавать её, мне пришлось бросить вызов корпорации.

По крайне мере позвоночник не сломан, ведь я смог встать. Увы, это всё, на что я был способен. Киборг шёл нарочито медленно, то ли наслаждаясь моментом, то ли давая мне лишнюю секунду отдышаться. Но я не мог отдышаться, мешали сломанные рёбра. Из последних сил я ударил в свободный от металла подбородок и рухнул сам, упёршись искалеченной спиной в холодный камень. Вот и всё. Конец. Я больше не могу пошевелиться.

Но Пожиратель вместо того чтобы добить так же тяжело рухнул рядом и, вернув человеческий облик, прислонился к тому же камню.

— Однако ты заставил меня напрячься. Выдержать три моих формы не каждому под силу.

— И много у тебя форм? — говорит я ещё мог, хоть это требовало сейчас усилий не меньших, чем сражение.

— Достаточно. Но не все такие интересные.

— Кто же ты на самом деле? Что из этого правда?

— Все эти истории правдивы. Кто я? Неужели ты до сих пор не понял? Ну же, я был о тебе лучшего мнения. Неужели тебе не бросилось глаза, что у нас похожий образ мыслей, методы борьбы. Мы даже любим одинаково. Так кто я по твоему?

— Ты мой отец?

Пожиратель возмущённо подскочил с места, а затем захохотал.

— Нет, я конечно воплощённое зло, но не настолько же, чтобы обрекать на страдания новую жизнь. Присмотрись получше.

Я сосредоточился на лице Пожирателя Миров, хоть это было сложно. Мозг, столкнувшись с чем-то неизведанным, старается отвести взгляд, размыть изображение, всё чтобы сохранить рассудок. Но теперь ему некуда было отступать от беспощадной реальности. Это лицо, эту жуткую рожу, я видел каждый раз, когда смотрел в зеркало.