— Все хорошо, Оливия? — кажется, Марк заметил, что я нервничаю.

— Насыщенный день, — пояснила я, не вдаваясь в подробности.

— Что-то случилось? — продолжил он. — Вам нужна помощь?

А почему бы и не рассказать? Что я теряю?

— Я пытаюсь выяснить, что с моей дочкой.

— Оливия, не нужно, — Марк обхватил мои ладони горячими пальцами. — Это не ваша, а наша забота.

— Сразу, как уладим дела с городом, — добавил Александр. — Мы займемся вашим ребенком.

— И найдем виновных, — закончил его брат.

Я освободила руки и немного отстранилась. Виновных, может и найдут. А ее?

И моя проблема, конечно же, вторая на повестке дня. «Дела с городом» важнее. У меня заныло сердце: по сути это эвфемизм для убийства. Это значит, что моими бедами займутся после того, как львы расправятся с мальчиками.

— Оливия, проблема в том, что у нас недостаточно возможностей для этого. Когда мы получим доступ к ресурсам, это первое, что мы сделаем, — добавил Марк.

— Не знаю, почему хозяева «Авалона» не искали ребенка сами, — в пустоту заметил Александр.

Умело брошенная фраза зависла без ответа. Как вовремя сказал: принесли напитки, мы замолчали, но не думать об этом я не могла.

Руслан и Зверь попытались. Только, кажется, никто не хотел выяснить правду достаточно сильно.

Я пригубила гранатовый сок, пытаясь отвлечься. Мне это удалось: кисло-сладкий, терпкий, он оставил во рту кровавое послевкусие. Я поставила стакан на стол, и Марк сразу же накрыл мою руку своей — слишком близко они оказались.

— Не беспокойтесь, — поглаживания успокаивали. — Все будет хорошо.

Нам принесли заказ. Марку телятину, младший брат предпочел рыбу.

Я отрезала крошечный кусочек мяса и попробовала.

Барашек оказался отвратительным. То ли я не нравилась шеф-повару, то ли владелец «Лилии» попросил накормить меня так, чтобы я больше тут не появлялась. Если меня узнали — донесут парням.

Ну и плевать. Пусть знают, что я ем и моюсь с другими мужчинами. Они сами виноваты: бросили меня на целый год. Никто не мешал вспомнить обо мне и прийти в одну из ночей, когда я сходила с ума от горя и одиночества. Никто не позаботился о моем ребенке. Мои слезы вытрут другие.

Львы не прячутся: дают понять соперникам, что они здесь, водят их любимую пленницу по ресторанам, и ничего не боятся. И я бояться не стану.

— С блюдом что-то не так? Вам не нравится? — уточнил Александр, заметив, что я не ем. — Заказать что-нибудь другое?

— Все в порядке, — я улыбнулась.

Ишь, разволновались.

Братья негромко заговорили о каких-то личных, непонятных мне делах, я пила гранатовый сок, и рассеянно глазела на них. Оба приятные, заботливые, симпатичные. Они еще и сильные: приятно чувствовать себя в безопасности, если вдруг что. Приятно, что опасность обломает об меня зубы.

Мальчики тоже были сильными. Но мне это не помогло. Кроме силы нужно иметь что-то в голове.

Хитрые ребята. Я сутки нервничала, боялась, что вечером с меня стрясут ответ. Но они не давили, ничего не требовали — у меня было время расслабиться и приглядеться к мужчинам получше. А почему бы и нет?..

— Хорошая погода, — заметил Марк. — Дорогая… Я могу вас так называть? Пока тепло, не хотите съездить за город? Может быть на выходных?

— Это куда? — уточнила я.

— В лес, — улыбнулся Александр. — Совместная прогулка… Мы хотим показать вам кое-что.

Он так широко улыбнулся, что я смущенно ответила тем же.

Меня приглашали показать превращение. Звучало это слишком интимно, но по другой причине. Ненавижу, когда меня смущают.

— А у вас я уже всё видела, Александр, — парировала я.

— У меня не видели, — заметил Марк.

Я промолчала, робея перед старшим братом, даже опустила глаза. Они не просто хотели затащить меня в постель — они хотели жить со мной. Иначе нет смысла демонстрировать мне самую уязвимую и личную часть оборотня. Для «только секса» можно обойтись без этого.

— Я не против, — вполголоса ответила я.

Ехать за город с почти незнакомыми оборотнями — не слишком умно. Но и спать с незнакомцами тоже идея не из лучших. Как и шарахаться с ними по ресторанам.

Мы еще немного поболтали. Я съела салат и допила гранатовый фреш, мне заказали новый. Он застывал во рту кровавым вкусом, несмотря на сладость. Вкус железа. Говорили о таких пустяках, что скука скрипела на зубах. О погоде, о музыке, звучавшей в зале. Александр сказал, это Шуберт.

Обсудили вчерашний дождь и мое платье. Парни хвалили мой «изысканный» вкус, который и не ночевал в гардеробе. До того, как меня утащили в «Авалон» я вообще была дикаркой. Это парни немного меня обтесали.