Напротив сидела Юлия Павловна и смотрела глазами преданного щенка, надеявшегося, что его заберут домой. И можно ли назвать эту позу «сидела»? Рита так изогнуться не смогла бы никогда в жизни. Пятая точка Юлии Павловны была максимально отклячена назад, поясница выгнута, а грудь почти полностью вывалилась из глубокого разреза ярко-голубой полупрозрачной блузы. Бюстгальтер был того же цвета, что и блуза, на тон темнее, и выгодно подчёркивал объём и форму, тогда как Рита не могла похвастаться ни тем, ни другим.

– Маргарита Ивановна, - Юлия Павловна улыбнулась, сверкнув зубами. – Здравствуйте. А что вы здесь делаете?

– Мужа ищу. Своего, - всё-таки не сдержалась и повысила голос, и на приветливую улыбку не хватило выдержки.

– Ритуль, садись, - очнулся Серёжа. – Привет, - он чмокнул её в висок, когда Рита плюхнулась рядом, в кривоватое, но широкое кресло. – На чём мы остановились? – он обратился к Юлии Павловне, та поёрзала, облизнула губы и посмотрела на собеседника, улыбаясь краешком губ.

– О, - якобы очнулась от своих мыслей Юлия Павловна. – Четыре упаковки воды, по пол-литра.

– Угу, - как филин ответил Серёжа и поставил галочку напротив соответствующего пункта в своём листе.

Потом они продолжили. Рита смотрела, как Серёжа время от времени поглядывает на Юлию Павловну, иногда улыбается ей, а Юлия Павловна растекается в улыбках и взглядах. Казалось, ещё немного и она выпростается из своего голубого одеяния и предстанет перед тренером своего сына обнажённой, аки богиня. Рита с трудом сдерживалась, чтобы не вцепиться в волосы этой белокурой гетере. У неё начала дёргаться нога, а настроение, и без того бывшее плохим, ухнуло куда-то в минусовые отметки. Хотелось орать, визжать, плакать.

– Хорошо, Юлия Павловна, думаю, с остальным вы разберётесь сами, - Серёжа встал, тем самым давая понять, что собеседнице лучше уйти.

– Мне прийти упаковывать… это?
– она показала рукой на огромные сумки, сваленные в углу, и инвентарь, который каждая группа везла с собой. База была оборудована, но кое-что всё равно приходилось везти с собой, лишним точно не будет. – У меня есть свободное время, - с готовностью кивнула и заглянула в глаза

Серёжи, нагло игнорируя присутствие Риты. Словно она тень или даже прозрачная настолько, что и тени-то не видно.

– Спасибо, мы справимся, - с улыбкой ответил Серёжа и открыл дверь, явно выпроваживая гостью.

Юлия Павловна прошествовала мимо, кинув вежливое «до свидания» Маргарите Ивановне, покачивая бёдрами, выводя восьмёрки.

– Я позвоню, - она обернулась и глянула на Серёжу, Рита чуть не взорвалась. – Когда удобней?

– Не надо, я сам, если будет необходимо, а так мы всё обсудили.

– А если будут вопросы? – настаивала на своём Юлия Павловна.

– Если будут – звоните, - дал согласие Серёжа, попрощался и закрыл дверь, смотря на Риту.

Та считала до десяти и обратно. Она уже достаточно взрослая, чтобы не устраивать безобразных сцен, достаточно умная, чтобы понимать, что её муж – лакомый кусок для таких вот «Юлей», достаточно верит своему мужу…

– Что это значит? – Рита уставилась на Серёжу. – Что вы тут делали?

– Разбирали инвентарь и заодно согласовывали список необходимых вещей на смену.

– А сам ты разобрать инвентарь не мог? Парней старших позвать, Илью, Максима Семёновича?

– Мог, конечно, я сам и пошёл, а она заглянула, со списком этим, не выгонять же… - Серёжа развёл руки.

– Сама пришла, отлично, - Рита фыркнула.

– Сама, - кивнул Серёжа. – Нюша, перестань. Ты всё видела. Она сидела там, я здесь, мы сверяли список, это всё, что было.

– То есть другого места не найти, чтобы «сверить список»?! – Рита почти плакала, слёзы стояли близко-близко, перекатывались, обжигали, пока не побежали дорожками по щекам.

– Нюшенька, я же не маленький мальчик, чтобы вскакивать и бежать на открытую местность, если ко мне женщина подошла. Мы поговорили и разошлись, перестань, глупенькая. Я же только тебя люблю.

– Почему вообще она с этим списком носится?! Других родительниц нет?!
– Рита едва не топала ногами от возмущения и обиды. Серёжа женатый человек, почему никто этого не видит, никто не считается с этим?! Рита для всех пустое место. Права мама, никогда ей не удержать мужа.

– Потому что она едет с нами, - просто ответил Серёжа. – Она родительский комитет и сопровождение.

– Что? – Рита отошла на пару шагов, потом ещё на пару, и ещё на несколько, лихорадочно встряхивала руками, чувствуя, как краснеют щёки, шея покрывается пятнами и неприятно зудит, боль в животе усиливается, к горлу подкатывает тошнота.