После последних слов подполковника, подозрение к Черчиллю стали еще крепче. Ведь именно он засыпал порох. Мог спокойно подменить или добавить, в сумерках никто и не заметил. Откуда взял, ведь дуэль произошла спонтанно. Делов-то, разобрать несколько своих револьверных патронов. Большинство из них все еще снаряжаются дымарем , но гораздо более сильным и качественным, чем в семнадцатом веке. Знать бы еще, зачем ему это надо.

Мы по очереди выхлебали флягу ирландца. Уинстон так и не явился, но вместо него пожаловала полиция.

Место дуэли сразу оцепили и начали тщательно осматривать, мой, до сих пор все еще заряженный пистолет изъяли, а нас очень тактично и вежливо попросили пройти в замок для допроса, где развели по отдельным помещениям.

Едва я устроился на старинном и чертовски неудобном кресле, как в комнату ворвался, в буквальном смысле ворвался, худой и лысый мужичок неопределенного возраста, с въедливой сухой рожей и толстой папкой подмышкой. Мне он сразу не понравился своей чрезмерной суетливостью, а еще тем, что в его глазах светился неприкрытый азарт, как у легавой ставшей на след.

Ну-ну, обожаю сбивать спесь с таких живчиков.

— Я прокурор Монтре, Карл Дегу! — гордо сообщил он и нетерпеливо уставился на меня, словно ожидая, что я вытянусь во фрунт пред ним.

Я спокойно достал портсигар, раскурил сигариллу , выпустил дым с первой затяжки в сторону прокурора и только потом лениво процедил:

— Генерал Майкл Игл, директор военного департамента Южно-Африканского Союза. Чем могу быть полезен?

По роже прокурорского прокатилась целая волна эмоций, но он сдержался, примостил седалище на стул, брякнул свою папку на стол и отчеканил.

— У меня есть ряд вопросов к вам, месье Игл!

— Ваше превосходительство, — так же лениво поправил я прокурора.

Дегу возмущенно на меня уставился, но после паузы все-таки обратился по форме.

— Ваше превосходительство, у меня к вам появился ряд вопросов.

— Излагайте.

— За последнее время в городе произошел ряд убийств! — злорадно выпалил прокурор. — Я склонен связывать их с вашим появлением! Что вы можете пояснить по…

— Ничего, — оборвал я его. — Абсолютно ничего. Не имею никакого отношения к оным смертоубийствам.

— Что вы можете сказать, по поводу исчезновения британского подданного Абрахама Коллинза?

— А это еще кто такой?

— Почему вы прибыли в Монтре под именем Альфреда Коха, а не под своим собственным?

— Я нахожусь в частной поездке.

— А ваше приглашение на бал выписано на имя Джеймса Бонда. Откуда оно у вас?

— Мне его устроил мой хороший приятель Тедди.

— Тедди? — Дега азартно прищурился. — Кто такой, фамилия, где проживает, должность?

— Адрес? Белый дом, город Вашингтон, одноименного штата, но, увы, улицу не помню. Должность — президент Североамериканских Соединённых штатов.

Прокурор сразу скис, но ненадолго и опять принялся забрасывать меня вопросами. Я не препятствовал, хотя очень быстро мог поставить мужичка на место, хотелось выяснить, насколько далеко правоохранительные органы Швейцарии. И как очень скоро выяснилось, швейцарская полиция даром свой хлеб не ела, но, все-таки, особенно не преуспела. Они надежно идентифицировали меня с Клео, нашли шале где мы квартировали, следы крови в нем, еще кое-какие незначительно улики, но, к счастью, трупы англов пока не обнаружили. В общем, ничего конкретного они предъявить не могли.

Наконец, допрос мне надоел. Я опять перебил Дегу.

— Как давно, вы вступили в должность прокурора?

— Какое это имеет отношение к делу? — прокурор недоуменно нахмурился.

— Прямое! — жестко процедил я. — Отвечать!

— Неделю назад…

— Куда делся ваш начальник? Впрочем, не отвечайте. Его и еще дюжину чиновников из городской администрации и даже правительства Конфедерации отправили в отставку. А некоторых даже пометили под следствие. Знаете, за что?

— Но… — попытался слабо возразить прокурор.

— За незаконное лоббирование интересов иностранного государства! — гаркнул я. — Может и вам устроить нечто подобное?

Дегу вздрогнул и возмущенно пролепетал.

— Вы угрожаете? Я не позволю…

— Куда ты денешься. Вопросы по дуэли есть? Нет? Свободен.

— Я это так не оставлю! Против вас имеются улики…

Не знаю, чем бы закончился наш разговор, но тут в коридоре послышались тяжелые шаги, дверь с треском распахнулась, а потом в комнату вошел грузный, но крепкий старик со свирепой красной мордой, в распахнутом сюртуке. Несмотря на свой угрожающий вид, он почему-то мне сразу импонировал своей внешностью.