— Ну да, я сомневаюсь, что безопасники решат лечь тут костьми, — усмехнулась уже Улыбашка.

— Так в чем состоит ваш план? Мы могли бы оценить его эффективность с помощью искина станции?

— Боюсь, что в таком случае о нем могут узнать наши противники. Вы не забыли, что здесь, в системе, есть крот?

— Значит, мне нужно довериться вам?

— У вас ведь нет другого выхода?

— Видимо — нет.

Когда разговор завершился, к Улыбашке тут же обратился капитан.

— Ну-с, Дианочка, и что же вы задумали? — Улыбашка позволяла старому капитану так к ней обращаться. Он оказался одним из тех немногих, к кому она испытывала положительные чувства и который помог ей в сложные времена.

— Это я вам расскажу, когда прибудем к станции. В более узком кругу, — ответила она, дав понять старому капитану, что не хочет рассказывать подробности, когда рядом находится слишком много людей.

Капитан быстро сообразил, к чему она клонит.

— Ну что же, тогда в силу сложившейся ситуации вынужден объявить на корабле боевую тревогу. Все, кто не являются непосредственными членами экипажа, должны находиться в своих каютах и носу оттуда не высовывать.

Сменщица Улыбашки тут же поднялась со своего места и направилась на выход. Менеджер по сбору, сообразивший, что заявление капитана касается и его, недовольно поджав губы и демонстративно гордо выпятив грудь и вскинув голову, покинул мостик. Он ведь не был полноценным членом экипажа. А еще, как считала Улыбашка, этот неприятный тип являлся стукачом Чогоса.

Улыбашка тоже собралась было покинуть мостик. Однако капитан остановил ее.

— А вы куда собрались?

— Но я же не…

— Но ведь вы, как я понял из полученного сообщения, являетесь сотрудником СБ? — он усмехнулся. — А при объявлении боевой тревоги любой сотрудник СБ приравнивается к члену экипажа. Ну а ваша должность подразумевает, как минимум, чин офицера на корабле. Да и кто будет следить за сканером?

— Боюсь, что у меня на него не будет времени, — посетовала Улыбашка.

— Ну тогда придется вернуть вашу сменщицу, — предложил старик. — Я так понимаю, что она как раз и не мешала вам поделиться со мной своими планами. Проблема заключалась в другом человеке.

— Да, все именно так.

— Ну тогда рассказывайте, что вы там придумали.

Спустя десять минут, выслушав девушку, капитан разительно отличался от того флегматичного старика, к которому привыкла Улыбашка.

— Да ты хоть понимаешь, что предлагаешь? — кричал он. — Это же сколько кредитов коту под хвост?

— Клоссе дал на это разрешение, — парировала Улыбашка. — Ему дороже собственная жизнь, и он готов потерять несколько миллионов.

— Ну хорошо, допустим. У тебя все получится, удастся уничтожить часть нападающих. А дальше что? Они ведь разорвут харвестер на части. У нас не будет ни единого шанса!

— Почему? Мы ведь будем рядом со станцией! Они смогут восстановить нам щит.

— Если ты правильно определила их цель, то как раз станция и будет их главной целью — они будут бить ее щиты до нашего прибытия. А если нам удастся совершить задуманное тобой, то станция тут же начнет восстанавливать собственные щиты, и плевать им на нас.

— Тогда и пиратам будет плевать на нас, — возразила Улыбашка. — Они несколько часов будут выбивать щит станции и если прекратят это делать, переключившись на нас, то им придется ковырять станцию с самого начала — она успеет полностью восстановить щит.

— Очень рискованно!

— У нас есть выбор? Вы ведь не думаете, что если мы попытаемся отсидеться тут, в углу, то пираты, закончив с главной станцией, просто уйдут, не тронув нас?

— Конечно, нет! — вскричал старик. — Беззащитный харвестер и станция с оборудованием. Да это же настоящий Клондайк для местного отребья.

— Ну вот, вы ответили на свой вопрос. У нас просто нет выбора. И мой план — наш единственный шанс дотянуть до появления подкрепления. Вот с их помощью, если повезет, мы сможем отбиться.

— Это глупо! — воскликнул старик.

— Предложите другой план, умнее. И я с радостью соглашусь с ним. Более того — буду первой, кто начнет воплощать его в жизнь.

Но старик отмахнулся от нее.

— Делай, что должно.

Дирк «Пустынник» был хорошо известен среди пиратов. Причем известен был как один из самых опасных и безжалостных. Такую славу он снискал вовсе не благодаря своим талантам, удачно подобранному и оснащенному кораблю и вовсе не из-за большого количества удачных атак. Можно было сказать, что свою славу он получил как раз из-за того, что не отличался особыми умениями и талантами, его корабль являл собой жалкую, на ладан дышащую лоханку, а команда регулярно набиралась заново, так как выжившие на корабле Дирка пираты после остановки на первой же попавшей станции давали деру. Но желающих попасть в команду его «Дробилки» было масса. Все они думали, что их ждет слава, богатство и уважение среди других, менее удачливых джентельменов удачи, и лишь попав на борт, они понимали, как сильно заблуждались.