— Значит, таких гарантий вы дать не можете, — усмехнулся старик, не дождавшись ответа. — Тогда вы можете гарантировать, что не только персонал станции, но и все остальные, находящиеся на ней, сохранят жизнь?

Дирк снова промолчал. Но в этот раз он понял, что попытка быстро одержать победу буквально ускользает из его рук. К черту всю эту честность и репутацию! Он уже открыл было рот, чтобы сделать лживые обещания, но старик его перебил, не дав даже начать говорить.

— Что же, этого я и ожидал.

Связь прервалась, и сколько бы оператор не пытался вызвать станцию — они вновь не отвечали.

— Да забери их бездна! — в сердцах выругался Дирк и ударил кулаком по терминалу.

Следующие сутки пираты продолжали обстрел станции, нисколько не снизив интенсивность. Шахтеры же не пытались выпустить свои собственные корабли, явно понимая, что ничем хорошим это не закончится.

***

Улыбашка почти 18 часов провела на капитанском мостике. От энергетических напитков, а точнее выпитого их количества, сердце стучало как бешенное, но глаза все равно слипались.

Ее план удался. Причем достаточно успешно — взорванные дэки уничтожили много пиратских кораблей, но в тоже время слишком мало. Недостаточно для того, чтобы пиратам не хватило сил пробить щит станции. Но не все так плохо. Уничтожение такого количества пиратских кораблей увеличило фору — теперь щит мог продержаться как минимум на 12 часов дольше, а то и на сутки. К этому времени вызванный флот корпорации должен был прибыть, теоретически.

Начавшийся обстрел харвестера, снизивший его щит до 60 %, прекратился. Видимо, главный у пиратов понял, что уничтожение харвестера не принесет ему прибыли, а вот потеря времени существенно отразится на шансе удачно завершить всю атаку. Наверняка пираты решили разобраться сначала со станцией, а уж затем вплотную заняться харвестером.

К сожалению для Улыбашки и всех, кто был на борту, подобное было лишь отсрочкой. Появись прямо сейчас флот поддержки, пираты наверняка не захотят уйти с пустыми руками — попытаются захватить хотя бы харвестер. И ничего противопоставить им экипаж харвестера не мог.

Зато Улыбашка придумала новый, не менее коварный, чем первый, план. После того, как стало понятно, что харвестер пираты трогать не будут, во всяком случае пока, огромный корабль несколько часов провисел в непосредственной близости от станции, восстанавливая собственный щит. А затем отправился обратно — к станции с оборудованием.

Там, по задумке Улыбашки, он должен был провести минимум час, а затем снова подползет к станции. Если пираты не совсем тупые, то должны понять, что значит подобный маневр: наверняка харвестер вернулся к вспомогательной станции и взял новые дэки, вновь зарядив их взрывчаткой. А справившись с загрузкой, отправился в обратный путь, чтобы там, среди кораблей пиратов, вновь выбросить своих автоматических камикадзе.

План был прекрасен за одним исключением — взрывчатки больше не было, да и дэк тоже. Поэтому сейчас харвестер подошел к станции с целью просто «попугать» пиратов. И они купились. Как только до них дошло, с какой целью мог приползти обратно харвестер, все пиратские развалины прыснули в разные стороны, причем стараясь оказаться как можно дальше друг от друга. Вследствие такого хаотического отступления или, скорее, бегства обстрел станции снизился, и она начала восстанавливать щиты.

Пиратские кораблики еще как минимум полчаса не решались вернуться на исходные позиции. Затем это сделал один, за ним еще один, затем вернулось сразу три корабля, и вскоре весь флот продолжил обстрел, уже совершенно не обращая внимания на харвестер.

Ну что же, очередной финт от Улыбашки сделал свое дело — как минимум еще 2–3 часа для станции она выиграла. Теперь харвестер уходил обратно к вспомогательной станции — нужно было готовиться к отражению абордажа, который будет вне зависимости от того, чем закончится осада местной штаб-квартиры корпорации.

Когда они приблизились к вспомогательной станции, на связь вышла бывшая соседка Улыбашки.

— Похоже, дела совсем плохи, — сказала она.

— Почему?

— Мы засекли появление еще двух кораблей.

— Вы? — Улыбашка явно удивилась. Если полудохлый сканер станции смог засечь появление кораблей, то что это за мамонты могли быть? Явно не корветы и даже не фрегаты. Неужели кому-то из транспортов, решивших пройти транзитом через эту систему, так сказочно «повезло»? С другой стороны, обнаружив большой и медленный транспорт, пираты наверняка накинутся на него — пара часов, и добыча взята. Волей-неволей появившийся транспорт сыграет на руку защитникам системы — это фора по времени, шанс дождаться флота корпорации. Но вот почему кораблей два? Улыбашка точно знала, что транспорты не ходят вместе. А если и ходят, то в составе конвоев. Два корабля совсем не походили на конвой — сопровождать одним боевым кораблем один транспорт глупо. А собирать несколько транспортов вместе было еще глупее — они станут более привлекательной целью.

— Ну-ка сбрось мне все данные, которые удалось по ним получить, — приказала Улыбашка.

Спустя двадцать минут она с озадаченным видом посмотрела на старого капитана харвестера.

— Что там? — поинтересовался он. — Получилось узнать, что это за корабли?

— Получилось, — с мрачным видом ответила Улыбашка. — Это два крейсера.

На мостике воцарилась тишина. Такое подкрепление, прибывшие к пиратам, не только обесценивало все проделанное Улыбашкой, но еще и существенно сокращало время, требующееся атаковавшим для уничтожения щита станции.