— Да щас! — Возмутился бармен. — Сломаете, и что мне делать? Он денег стоит.

— А не ты ли ныл, что этот хлам тебе и даром не надо, и что ты уже точно уверен, что бывший владелец за ним не придет? — хитро сощурив глаза и с деланной угрозой поинтересовался у бармена Сэт.

— Может, не придет. А может, как раз и придет, — отрезал Арч. — Эта брынчалка мне и даром не нужна. А вот деньги за нее как раз ой как надо.

— Скупердяй! — подвел итог Сэт, а затем, совершенно незаметно для Арча, подмигнул Леону. — И сколько ты за нее хочешь?

— Тысячу кредитов, — выпалил Арч.

— Да побойся богов, Арч! Тебе ведь гатар достался кредитов за сто, не больше!

— Это уже не твое дело. Ты спросил — я ответил.

— Да и черт с тобой, сраный лавочник, — проворчал Сэт и неуверенной походкой направился к бару.

Арч напрягся, когда Сэт оказался совсем близко. Однако тот уцепился за стойку, стараясь сохранить свое вертикальное положение, и замер.

— Ну что, получил, скупердяй? — поинтересовался спустя несколько секунд Сэт.

— Завтра жалеть будешь, — хмыкнул Арч.

— Это уже не твоя проблема. Отдавай мою вещь!

Арч нырнул за стойку и тут же снова появился, держа в руках гатар. Сэт выхватил инструмент из рук бармена и все так же, виляя, путаясь в собственных ногах, направился к Леону.

— На! — сказал он, подойдя вплотную.

— У меня нет денег, — попытался отбрыкаться Леон.

— Дарю! — махнул рукой Сэт и добавил. — Эта штука у тебя больше пользы принесет, чем валяясь под стойкой у Арча. А деньги… Деньги — дело наживное. Вон, неделю назад я еле концы с концами сводил, а сегодня банкую!

— Что за повод? — поинтересовался Леон.

— Нашел нетронутую базу Сгинувших. На четыреста тыщ барахла припер. Вот, теперь отмечаем, — объяснил Сэт и словно в доказательство раскинул руки, указывая столы с гуляками.

— Понятно, — кивнул Леон.

— Сыграй нам, парень! Как в прошлый раз! — попросил Сэт.

Леон отправился к небольшому возвышению возле бара, по пути захватив для себя табурет. Он уселся на него, удобно уложил инструмент и дотронулся до струн…

Уйти с импровизированной сцены ему удалось только часа через два. Все это время ему приходилось играть. Причем старателям особенно понравилась песня, которую Леона заставили исполнять подряд аж 5 раз. Это была песня, написанная еще в прошлом тысячелетии, в последние его годы. И хотя, по мнению Леона, там речь шла совсем не о том, о чем думали старатели, она пришлась им по вкусу. На последних повторениях они уже горланили припев, досконально зная его.

— Горят над нами, горят… — Леону уже не приходилось петь самому — за него это делали слушатели. — …Помрачая рассудок… Бриллиантовые дороги![1] В темное время суток!

Наконец, ему удалось отставить инструмент и протиснуться к столику, где должны были находиться Ром и Серый Узел. Однако так просто покинуть окружившую сцену толпу, продолжавшую горланить понравившуюся песню и размахивающую кружками с элесом. Он почти выбрался, однако в последний момент его кто-то схватил за рукав. Обернувшись, Леон узнал Сэта.

— Черт! Парень! Это лучшее, что я слышал в жизни! И ведь все как про нас! Где ты услышал эту песню?

— Ее написали много лет назад на моей родине. И она… Не совсем о старателях, — честно признался Леон.

— Да ладно! А о ком же тогда? — удивился Сэт. — Узкие дороги, пираты — никуда не дернешься, всегда нас жмут. Не пираты, так жадные корпораты. Да и по поводу горьких трав — среди нас ведь много интуитов, и они тратят массу денег на «откровения». Еле сводят концы с концами. Малейшая ошибка — и все, сгниешь тут на станции. Попал в переплет, лишился корабля — считай ты нищий. Так что все про нас.

— А что за интуиты? — поинтересовался Леон.

— Ах да. Все время забываю, что ты тут еще новичок. Про псионов слыхал?

Леон кивнул.

— Вот, а интуиты — это слабые псионы. Чтобы усилить свои способности, они принимают «откровение».

— И что, это им хоть чем-то помогает?

— Помогает. Шансы на удачный поход существенно возрастают.

— За счет чего?

— Ну… Интуитами их ведь называют не просто так. То самое, шестое чувство обостряется. Я слышал множество историй, как интуит в давно обследованной системе умудрялся найти неактивную базу Сгинувших. А еще «Откровение» вызывает сильное привыкание. Оно нужно, хоть в небольшой дозе, но регулярно. И если его не принять — начинается сильная ломка. Человек буквально готов на все ради новой дозы. И если не получит ее — быстро сгорает, умирает за считанные дни.

— Понятно… — протянул Леон, заметивший возле дальнего столика явно недовольного и даже разозлённого Рома. — Ты извини, мне нужно с Ромом переговорить. Мы ведь сюда по делу пришли.

— Конечно, парень, конечно! — Сэт хлопнул Леона по плечу. — Но ты ведь еще сыграешь нам? Позже?

Леон пообещал и направился к Рому.

— Что случилось?

— Полное дерьмо случилось, — мрачно ответил Ром. Судя по всему, Серый Узел уже ушел — так как ни за столом, ни возле барной стойки Леон его не обнаружил.