— Мистер Пет… Уоррен один из величайших художников в мире. Он из Милуоки, Люси, — пояснил Ричард. — Я много раз рассказывал тебе о нем.

— Нет, — тихо сказала я, — не рассказывал.

— Да, рассказывал. Уверен, ты просто забыла.

Уоррен усмехнулся.

— Не волнуйтесь, Люси. Моя собственная жена забывает обо мне по пятьдесят раз на дню. Не так ли, Кэтрин?

— Простите, мы знакомы? — пошутила Кэтрин и подмигнула мужу. Они были более чем милы, но я ясно чувствовала, что Ричард раздражен из-за меня, хотя была абсолютно уверена, что никогда не слышала о них.

— Итак, Ричард, какова следующая ступенька в твоей карьере? — спросил Уоррен.

— Друг пригласил на выставку в Нью-Йорке, — заявил Ричард.

— Да? — спросила я, удивленная тем, что узнаю об этом только сейчас. — А я не знала.

— Вообще-то он пригласил меня только сегодня днем, — сказал он, наклоняясь и целуя меня. — Помнишь Тайлера? Он собирается на фестиваль искусств и сказал, что я могу остановиться в его квартире.

— О, фестиваль искусств в Санта Розе? — спросил Уоррен и кивнул. — Я много лет ездил в Розу. Это неделя волшебства. Клянусь, каждый художник должен хотя бы раз принять в нем участие. Я сам очень много почерпнул там для своего творчества.

— И для своего мозга, — пошутила Кэтрин, — который пропитался запахами красок, алкоголем и марихуаной.

— Уверен, это будет потрясающе, — согласился Ричард.

— Ты тоже поедешь, Люси? — спросил Уоррен.

— О, нет. Люси управляет цветочным магазином, — вмешался Ричард, даже не дав мне возможности ответить. Начать с того, что меня даже не приглашали. — Но я бы очень хотел, чтобы она смогла поехать.

— Вы флорист? — заинтересованно спросил Уоррен. — Вам стоит подумать о работе в паре с художником. Здесь, в музее, проводят цветочное шоу. Вы создаете цветочную композицию, а потом художник, вдохновленный вашим творением, рисует картину. Это довольно интересно.

— Звучит потрясающе, — согласилась я.

— Если вам это интересно, дайте мне знать, и я порекомендую вас знакомым художникам. Уверен, что смогу включить вас в программу. — Уоррен широко улыбнулся.

— А теперь самый главный вопрос: что ты сегодня пьешь, Люси? — спросила Кэтрин.

— О, просто воду.

Она взяла меня под руку и отвела в сторону.

— Так не пойдет, дорогая. Как насчет джина?

Не успела я открыть рот, как за меня уже ответил Ричард:

— Она обожает джин. Уверен, ей понравится все, что ты предложишь.

Когда мы вчетвером подошли к бару, Кэтрин остановилась.

— О, Боже! Уоррен, смотри! — Она кивнула в сторону Грэма, который устраивал уснувшую Тэлон в автокресле. — Это же Г.М. Рассел?

Уоррен вытащил из кармана очки.

— Думаю, это он.

— Вы читали его книги? — спросил Ричард как-то безрадостно.

— Читали?! Да мы обожаем его! Это один из лучших писателей в мире. Конечно, исключая его отца — мир праху его, — сказал Уоррен.

— О, нет. Он гораздо лучше Кента. Его тексты пронизаны такой болью… они невыносимо прекрасны.

— Да, — кивнул Уоррен. — Полностью согласен. На самом деле, моя сумеречная серия была написана под впечатлением от его романа «Горечь».

— Один из моих любимых, — просияла я, вспомнив книгу, стоящую на видном месте в книжном шкафу.

— Там такой закрученный сюжет! — согласилась Кэтрин, и на ее щеках даже румянец заиграл. — Я бы с удовольствием с ним познакомилась.

Я думала, что запас дерьма у Ричарда на сегодня исчерпан, но ему снова удалось удивить меня своей двуличностью.

— Вообще-то он хороший друг Люси, — с легкостью соврал он. Мы с Грэмом были далеко не друзьями, хотя сегодня он единственный, кого я рада видеть в этом зале. — Как считаешь, Люси, сможешь представить их друг другу?

— Хм… да, конечно.

Я улыбнулась взволнованным Уоррену и Кэтрин и повела их к Грэму.

— Грэм.

Он встал, поправил пиджак, а затем скрестил на груди руки.

— Люсиль.

— Тебе нравится здесь? — спросила я.

Он продолжал молчать. Так неловко. Выждав секунду, я прочистила горло и указала на своих спутников.

— Это Уоррен и Кэтрин. Они…

— Ваши самые большие почитатели, — воскликнула Кэтрин, хватая руку Грэма и энергично встряхивая ее.

Грэм одарил ее широкой улыбкой — фальшивой и натянутой. Полагаю, остальные считают эту улыбку его фирменной.

— Спасибо, Кэтрин. Всегда приятно знакомиться со своими читателями. Сегодня я узнал, что некоторые даже не слышали о моих книгах, но тот факт, что вы оба их читали, ободряет, — ответил Грэм.

— Не слышать о ваших книгах?! Это святотатство! Не могу себе представить, что есть хоть одна живая душа, которая не знает вас, — сказал Уоррен. — В каком-то смысле вы уже живая легенда.