— Чем займешься теперь? — спросила уже бывшего супруга, едва мы официально подтвердили процедуру расставания.

Редкость в парах эрхов, но… всякое бывает.

— Устроюсь на работу, — широко расправив плечи, с былой жизнерадостностью подмигнул мне Марид. — Чтобы такого специалиста, как я, и не взяли!..

Понятно. Все вернулось на круги своя.

— Удачи, — кивнула и, развернувшись, пошла… куда понесли ноги.

Ощущение правильности происходящего усиливалось с каждым шагом. Оглянуться не тянуло, думать о чем-то обыденном, вроде необходимости забрать свои вещи — тоже. За спиной словно расправлялись стиснутые годовым пленом крылья. Шагалось легко и быстро.

Я убегала от прошлого!

Излюбленное место отдыха горожан оказалось именно тем местом, где, зажмурив глаза и вслушиваясь в тихие звуки природы, можно разобраться в себе, научиться принимать двойственность своей натуры, где просто приятно помечтать о несбывшемся. Что было бы, если бы…

— Согласен на ваше предложение, — неожиданно рядом произнес голос из моей мечты.

Вздрогнув, распахнула глаза. Возле скамейки, накрывая меня тенью от своего мощного тела, стоял Инар!

— Как… как вы нашли меня? — выстрелила в изумлении вопросом, одновременно чувствуя, как стремительно расцветает в душе цветок радости.

— Вы с Маридом так торопились покинуть звездолет, что я не посмел вас останавливать: какое у меня есть на это право? — с серьезным видом пожал плечами капитан. — Но успокоившись и подумав, испугался, что вы не вернетесь, и поспешил за вами. Ждал возле квартиры, куда поселили механика. Дождался его. Марид рассказал мне о вашем… расставании. Мне следует выразить сочувствие?

— Не стоит, — усмехнулась я. — Понимаете, я согласилась на его предложение не по своей воле. А возразить и отказаться не могла — язык и собственный голос мне не подчинялись.

— Теперь я понимаю, — кивнул Инар, присаживаясь рядом. — Обдумал все, проанализировал ситуацию с учетом новых данных. Сожалею, что не заметил очевидного и не сообразил сразу. Что не помог. Я был… озлоблен и разгневан. Винил вас… Лиера.

— Не напоминайте! Мне стыдно от одной мысли о том, что я творила, — я закрыла лицо руками. — Но как вы оказались тут?

— Подумал, что вы сейчас не в лучшем состоянии, а парк — подходящее место, чтобы уединиться и успокоиться. Вот и искал вас тут. Но на случай провала готов был подать заявку на всепланетарный розыск.

Подняв на мужчину потрясенный взгляд, не увидела в его голубых глазах и капли иронии. Он говорил серьезно.

— З-зачем? — а сердце замерло, пропуская удар.

— Повторюсь: чтобы сообщить, что ваше предложение принято.

— К-какое предложение? — растерялась я.

— Я готов принять вас в штат звездолета.

— Не думаю, что это хорошая мысль, — я отвела взгляд и уставилась на ближайшие кусты.

— Почему?

— Вы же знаете о моей наследственности. Кто знает, что еще заставят меня вытворить способности генвра?

— Именно потому, что я знаю, вам и следует воспользоваться моим согласием. Я уже морально готов ко всему.

— Нет, — вздохнула я, вопреки всякому здравомыслию ощущая привкус разочарования. Или это не совсем «мое» ощущение?..

«Проклятье! Теперь никакой уверенности в адекватности собственных действий!»

— Вы… отказываетесь? — теперь удивился капитан.

— Да, — кивком подтвердила я и пояснила: — Я и так причинила вам столько неприятностей… Мне стыдно. Не хочу усугублять ситуацию и…

— Постойте, Лиера, — решительно перебил Инар. — Я не хотел на вас давить, понимая, что нужно время, чтобы сгладились впечатления от всего случившегося. И думал поговорить с вами позже, спокойно, не торопясь. Не хочу быть неверно понятым и… Признаюсь сразу: я равнодушен к любого вида головоломкам, не способен вести длинные и веселые беседы, по сути — я вообще не самая лучшая компания, но… я не могу вас забыть.

Ошеломленная его словами (я-то считала, что он уязвлен моим поведением и разочарован моей сущностью!), медленно выдохнула.

— Вы не думайте, я пытался. Упорно и отчаянно. И Марида выгнал по сути из-за того, что он постоянно напоминал о вас. Его отношение… Меня сводило с ума его пренебрежительное отношение к жене! С одной стороны, я радовался, что он не взял вас с собой, но с другой… Я изнывал от тоски.

— Вы… вы отдаете себе отчет в том, что говорите? — я не верила своим ушам.

— Отдаю. И это правда. Вопреки всему, вы меня поразили. Стали чем-то особенным, невероятным… Поначалу я сам этого не понял. Испугался. Потом разозлился. Надо было разобраться в ваших странностях, докопаться до истины, но… я предпочел отступить, надеясь, что наваждение — преследующий во снах и наяву образ — со временем исчезнет. Не помогло.