Сияна рассмеялась. — По тебе, Радка, сразу видно, что ты из благородных!

— Отчего ты решила?

— Лисицу узнают по хвосту, а лэри по воспитанию и привычкам! — глубокомысленно выдала Сияна. — Первое, твоя манера держаться и говорить, пользоваться столовыми приборами. Хорошим воспитанием пахнет за версту! Второе, как бы рано не пришлось встать — ты всегда выглядишь ухоженно и аккуратно. Пускай одежда твоя старая и зашитая, но сидит на тебя хорошо. Ты купила на рынке зимнюю куртку и не надела её, пока не подогнала по фигуре! И третье, все заметили, что тебя многому дома научили: красиво грамотно писать, эльфийскому языку, рисовать и даже танцевать. Ты, случайно, на лютне не играешь, как почти все юные лэри?

— Нет!

— Цветана же дочка разбогатевшего торговца тканями. Как бы она не вырядилась, на благородную всё равно не тянет. Хоть её и учили манерам и этикету — она по-прежнему осталась дочкой лавочника. Отец Млавы — небогатый чиновник в портовом городе, рад, что старшую дочь отправил в столицу. Млава — хитрая! С Цветаной дружбу водит, потому что её папаша-торговец — поставщик королевского двора! Обе мечтают получить дипломы целительниц, обзавестись клиентурой среди знати, готовить зелья красоты и заниматься омоложением богатых старичков. Почёт и деньги! Если повезёт, выскочат замуж за лэрдов. Только лэрды не слишком охотно женятся на простолюдинках. А по тебе видно, что ты прирождённая лэри. Вот Цветана с Млавой и завидуют!

Рада рассмеялась. — Посмотри, сколько времени! Садись, сделаю тебе причёску.

Спустя половину оборота с причёской было покончено. Рада свернула золотые волосы подруги высоко на темечке и, предварительно выпустив плавно соскользнувший по гибкой шее локон, закрепила их голубой лентой. Сияна ахала и крутилась около зеркала, позабыв об кавалере, ожидающем её у входа в столовую, временно выполняющей функцию зала торжеств.

— Чего-то не хватает, и я знаю, чего! — подытожила Рада. Порывшись в своей сумке, девушка вытащила ожерелье из белого золота с синими сапфирами, к ожерелью прилагались серьги грушевидной формы.

— Какая красота! — ахнула Сияна.

— Последний мамин подарок и моё наследство, — коротко ответила Рада.

— И ты мне доверяешь такую ценность!

— Да, на сегодняшний вечер.

Увидев Сияну, Трис онемел и смущённо протянул ей руку. Девушка понимающе улыбнулась, осознавая силу её неземной красоты. На парне была синяя парадная мантия магов воды, которую Трис надел сегодня впервые. Вдвоём они составили очень красивую пару — золотоволосая, белокожая Сияна и темноволосый, смуглый Трис выше девушки на целую голову. Адепты, адептки и преподаватели оборачивались им вслед.

Сияна не запомнила, о чём говорил ректор, непривычно вкусную еду на столах и развлекательную программу. Всё слилось в её голове в неповторимый, яркий праздник. Девушка кружилась в танце то с одним, то с другим партнёром, отвечала на вопросы и смеялась. А хмурый Ярек сидел в беседке напротив главного здания и безнадёжно ревновал Сияну ко всем адептам академии, а особенно — к нахальному Трису!

Танцы закончились к рассвету. Попрощавшись с Трисом и другими знакомыми адептами и адептками, Сияна направилась в свою комнату. На лестнице её встретил растрёпанный, грустный Ярек. Парень нервно икнул и безмолвно застыл возле улыбающейся Сияны. Он смотрел на прекрасную девушку в голубом бальном платье, широко распахнув глаза, и сердце адепта сжималось от нежности и душевного томления. Опомнившись, Ярек проводил подругу до её комнаты, немного побродил по длинным коридорам и нетвёрдым шагом поплёлся к себе. К полудню он решил, что будет бороться за Сияну до последнего вздоха. И никакой Трис не помешает ему добиться её взаимности!

За последующие три дня академия опустела. Адепты разъехались кто по домам, кто на практику. Со всего первого, теперь уже второго курса в академии осталось полторы дюжины человек. Выбрался погостить в имение к какому-то приятелю Дарен и, обещая хорошую охоту, сманил за собой Врона. Витан и Сияна уехали домой. Потан отправился отдыхать с невестой и её семьёй в маленькую деревушку на берегу живописного Белого озёра. Из всей компании в академии остались Рада и Ярек, которых никто нигде не ждал. Впрочем, скучать им было некогда.

Рада сутками работала в лечебнице, там же ела и спала. Ярек упорно изучал фундаментальный труд известного автора по защитным артефактам и клепал новую партию дешёвых колечек, которую рассчитывал выгодно продать на осенней ярмарке. Из-за клейма, наложенного судебным магом, выехать из столицы до получения диплома парень не мог.

К началу липеня летний зной достиг апогея. Днём на улицах стало малолюдно и непривычно тихо. К вечеру, когда ветер с гор приносил спасительную прохладу, город оживал. Горожане выбирались в торговые кварталы за покупками или на ночную прогулку. В парках до полуночи играла музыка, и работали аттракционы.

***

После захода солнца по липовой аллее, примыкающей к Королевской площади, чинно прогуливалась молодая супружеская пара. На руках у красивой нарядной лэри дремала крошечная собачка с белой пушистой шёрсткой. Неожиданно острые ушки пёсика встали торчком. Собачка испуганно пискнула и беспокойно завертелась. Хозяйка привычно погладила животное по дрожащей спинке. Псинка тонко тявкнула, вырвалась из рук лэри и побежала в кусты.

— Несси, Несси, назад! — закричала хозяйка. В ответ собачка заскулила во всю мощь маленьких лёгких. Сопровождающий лэри мужчина бросился на выручку домашней любимицы. Собачка нашлась за пышным кустом шиповника. Подняв вверх острый нос, Несси выла и пятилась назад. Рядом на траве неподвижно лежала женщина с длинными тёмными волосами, одетая в скромное светло-серое платье с белым шёлковым воротничком. Мужчина склонился над мёртвым телом и негромко выругался.